В клетке со зверем

– Как знаешь, но если что, мое предложение в силе.

– Ты едешь с Салимом?

– Нет, что ты. Мои родители про него не знают.

– Ты ничего не говорила о вашем романе?

– Как? Они никогда не примут его. Он афганец, к тому же мусульманин, – вздохнула приятельница. Доля истины была в ее словах, но мне казалось, что их отношения развиваются.

– И как ты планируешь поступать дальше? – все же спросила я.

– Оставить все как есть. Я люблю Салима, и он любит меня, но мы разные. Наши культуры, религии, взгляды на жизнь.

У нас не может быть семьи.

– Но есть много мультикультурных семей.

– Решать такие вопросы я одна не могу. Ему тоже нужно принять меня с моими взглядами. Одно дело – когда мы встречаемся и, по сути, друг другу никто; другое – если я буду его женой.

– Возможно, ты права. Если вы счастливы тем, что имеете, может быть, и не надо ничего менять.

Разговор с Лизой подтолкнул меня к тому, что я никак не решалась сделать. Когда девушка ушла, я позвонила маме.

Нам удалось поговорить спокойно и на удивление дружелюбно. Мама больше не настаивала на моем примирении с Андреем и сама пригласила меня на праздники. Конечно, я с радостью приняла ее приглашение.

У Игната Семеновича мы пробыли до четверга. Вечером без предупреждения за нами приехал Максим. Мы как раз гуляли во дворе, когда его внедорожник въехал на ферму. Стоило Софи увидеть папу, как она тут же бросилась к нему, он же выглядел несколько отстраненным, хотя, я уверена, тоже был рад видеть дочь.

– Татьяна, берите вещи и домой, – сказал он, даже не глядя в мою сторону.

– И вам добрый вечер, Максим, – строго произнесла я. Пусть он мой начальник, но подобного отношения к себе я не потерплю, тем более, какой пример он подает дочери? Мужчина явно не ожидал от меня такого ответа.

– Добрый вечер, Татьяна. Не соизволите ли принести ваши вещи, чтобы скорее поехать домой? – язвительно произнес он.

Я молча ушла в дом. Игнат Семенович обрадовался, когда узнал, что приехал его сын, и поспешил выйти на улицу.

Мне же было очень неприятно столкнуться с такой грубостью Максима. Я совершенно не понимала его: сначала он внимательный и обходительный, но уже в следующий момент может всем своим видом показывать, что я – пустое место. Возможно, таким образом он выражал недовольство по поводу того, что увидел меня пьяной в прошлый раз?

Когда я вышла на улицу, от хмурого Максима не осталось и следа.