Помоги мне забыть

Алкоголь уже подействовал, под заводную музыку я пританцовывала по дороге, и когда из ниоткуда передо мной появился бокал с коктейлем, я с удовольствием его приняла и выпила. А дальше… провал.

Дура! Какая же я дура!

В голове расплывался туман. Даже от алкоголя так гадко себя никогда не чувствовала. Чем же меня опоили? Беспомощно оглядывалась вокруг, пытаясь понять, где я и что произошло. Хотя… что произошло и так понятно – горло, губы жутко болели, мышцы лица сводило судорогой, сильно болело между ног и спереди, и сзади, на коже проступали синяки.

Осмотрела себя – голая лежу среди спящих и тоже голых мужиков. На их лицах маски – плотные, черные с прорезями только. Перед глазами заплясали размытые картинки из какого-то жутко отвратительного порнофильма, только почему-то с моим участием.

От мысли и осознания, что меня насиловали всю ночь, затошнило. Потекли неконтролируемые слезы. Началась истерика.

Парни завозились, начали трогать меня, хотели успокоить или наоборот все повторить – не знаю, но я забилась как птичка в клетке на этой чертовой широкой кровати среди голых мужских тел.

Не могла успокоиться. Рыдала, просила отвезти домой, угрожала, что пойду в полицию, истерила, сбрасывая с себя чужие руки, пока не получила хорошую такую оплеуху от одного из парней. Пощечина больно обожгла щеку. Это напугало и отрезвило. Я не знала, что они задумали. Хорошо если просто развлеклись и собираются отпустить, а если убьют? Никто не знает где я и с кем. Меня не найдут. А если найдут, то никогда не узнают, кто и что это со мной сделал.

Я притихла. Затравленно наблюдала за троицей, скукожившись на кровати, сжавшись в комочек, и только подрагивала всем телом от тихих всхлипов.

– Умница, – проговорил тот, что ударил, довольный тем, что я перестала истерить.

По голосу – взрослый парень, молодой мужчина, да и выглядел так же. Фигура красивая, накачанная, вон сколько мышц. Остальные такие же. У одного только руки в татуировках от кистей до самого горла, но он быстро оделся, и разглядеть рисунки не удалось.

– Не бойся, – вкрадчивым голосом сказал тот же парень, который ударил. Поведение у него как у хозяина – уверенное, наглое. – Сейчас мы с тобой посмотрим кино, и ты поедешь домой. Хорошо?

Я кивнула, не смея противиться. Хотелось бы верить, что я действительно поеду домой, и этот кошмар закончится.

Качок достал из шкафчика напротив маленькое устройство, похожее на дверной глазок. Другие парни развалились на диване, наблюдали за нами.