Убийство в Вишневых горах

– Это что еще за чудо-юдо? – тихо спросил Тамерлан, чтобы его могла расслышать только Женя.

– Это наш дворецкий Петр Семенович, он же администратор, консьерж и вообще человек абсолютно незаменимый, – представил им Саид мужчину, и тот вежливо поклонился.

Женя даже немножко обалдела от манер этого самого Петра Семеновича. Видимо, не зря Тамерлан, рассказывая ей об этом месте, упомянул Викторианскую эпоху. Вот и дворецкий точь-в-точь соответствует стереотипам о вышколенной прислуге тех времен.

Их провели в просторный холл.

Женя тут же поняла, что эта гостиница совершенно не похожа на обычные отели, к которым все привыкли. Здесь не было ни стойки регистрации постояльцев, ни каких-то еще атрибутов, характеризующих данную сферу услуг. В огромном холле было темно. Только у самого входа из-под старинного темно-красного абажура, украшавшего большой торшер на золоченой ножке, пробивался тусклый свет. Свет также струился и из-за витражных стекол двустворчатых дверей, которые вели в соседнее помещение.

Женя лишь окинула холл беглым взглядом – ничего не разглядеть в таких потемках. Напротив двери вверх, в темноту второго этажа, убегала широкая лестница, устланная темно-малиновым ковром. Стены помещения были обиты темными панелями, на которых красовалось множество картин, но разглядеть их не представлялось возможным. Пол представлял собой мозаику, которая собиралась в узор, детали его, однако, были скрыты мраком. У стен проступали очертания банкеток, стульев, столиков. Женя, хоть почти ничего и не смогла хорошенько рассмотреть, поняла, что отель этот был воссоздан в стиле старинных усадеб.

Никакого современного минимализма.

Откуда-то из темного угла появился совсем еще молодой парнишка, тоже, как и у дворецкого, в идеально сидевшей на нем униформе; вежливо поздоровавшись, он проворно подхватил чемоданы и понес их к широкой лестнице, а оттуда – наверх, в номер, выделенный для Жени и Тамерлана.

Тут же раздался строгий женский голос и второй, робкий и тихий, и в следующую минуту распахнулись большие двери, из которых в полутемный холл ворвался свет.

Вошли две женщины. Одной из них была горничная, которая, сделав легкий книксен, сию минуту скрылась в соседнем помещении, а второй, судя по всему, была сама хозяйка, Юлия Алексеевна Розова.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, приблизившись к Жене и Тамерлану.

Юлия не обратила на Саида никакого внимания, лишь подставила ему щеку для поцелуя, когда он к ней подошел.