А я люблю военных, или Космическая история попаданки

Нас вежливо попросили войти в некую камеру, которая закрылась с шелестящим звуком, и сказали замереть, не двигаться и ничего не бояться. И тут же камера заполнилась дымом и со всех сторон как из фонтана на нас брызнула какая-то сухая и белая смесь!

Эта белая гадость порошком осела на всём теле.

Просто прекрасно! Мало того, что мы итак были побиты и покрыты собственной кровью, так нас ещё присыпали мукой!

Я чихнула.

Попыталась стряхнуть хотя бы с рук белую гадость, но не очень-то и вышло.

Что ж…

Мы все переглянулись с девочками и скисли.

Скажу вам так, где бы женщины не находились – хоть на земле, хоть в космосе и какой бы расы не были – нам крайне важно выглядеть хорошо. Ну, или хотя бы чуточку прилично.

А сейчас мы выглядели как жертвы мучной индустрии.

Сама процедура заняла каких-то пару минут и дверь снова открылась.

– Дезинфекция проведена. Теперь можете взойти на корабль «Звезда-1».

Двое парней в угольно-чёрных костюмах-роботах проводили нашу обсыпанную мукой толпу до двухстворчатых литых серых дверей, и один из них погладил рукой в чёрной перчатке неприметную кнопку. Двери разъехались в стороны и наконец-то, я смогла увидеть лирианцев во всей своей инопланетной красе.

Ё-моё! А посмотреть-то было на что! Точнее на кого!

Четверо встречающих нас мужчины были как… у меня даже слов таких не было в словарном запасе.

Вспоминались только одни маты. Так и хотелось воскликнуть Fuck! глядя на эти идеальные творения. Лирианцы были чертовски неприлично хороши собой!

Кажется, я даже рот раскрыла и забыла, что у меня болит тело, и я вся вымазана в белой гадости. Но вопреки всему перечисленному, я расправила плечи, попыталась сделать губки «рыбкой», поправила локон волос (о Боже! Что с моими волосами?)

Волосы от этой белой фигни слиплись и превратились в настоящее мочало! Какое же гадство…

Но я всё равно ничего не могла с собой поделать.

Я откровенно пялилась на этих мужчин. Они удивлённо и озадачено смотрели на меня. Или мне это показалось, а они просто смотрели на всех нас.

Особенно меня зацепил один экземпляр – он был каким-то особенным, что ли. Он был выше троих других, мощнее и даже форма на нём была отличная от других мужчин.