Беременность в планы (не) входила, или Игры богатых мужчин

Противозачаточные, что она выпишет, я куплю сам. Далее, в два часа приедет стилист и визажист. Сделают тебе причёску и макияж. Я заеду за тобой в семь. Будь готова к этому времени, мы поедем на приём. Надень красное платье в пол и туфли в тон.

– Хорошо… – произнесла я озадачено.

Потом Лазарь взял с сервировочного столика синий бархатный футляр квадратной формы и положил его прямо передо мной.

– И надень ещё это, – больше было похоже на приказ.

– Можно посмотреть? – спросила его разрешения.

– Смотри.

Открыла футляр и зачарованно выдохнула:

– Ничего себе… какая красота…

На меня смотрели и подмигивали в бликах искусственного света рубины и бриллианты, собранные в вычурное, но роскошное колье, пару серёжек и браслет.

Даже боюсь представить стоимость этого гарнитура…

– Потом насмотришься на камни, – заявил Лазарь. – Ешь, пока всё не остыло.

Снова покорный кивок.

Такими темпами я превращусь в китайского болванчика.

Закрыла футляр и отодвинула его в сторону.

Пока мы завтракали в полном молчании, я подумала, а как меня Лазарь представит на приёме? Подругой? Любовницей? Купленной женщиной? Послушной игрушкой? Или просто куклой, по имени Ксюша?

Покосилась на мужчину и осмелилась спросить:

– Если меня спросят на приёме, на который поедем, кто я для вас, что ответить?

Лазарь прожевал свой бекон и, промокнув губы льняной салфеткой, ответил:

– Правду.

Застыла от его ответа. Правду? Он серьёзно?

– Ты – моя женщина, Ксения.

– А-а-а… – протянула я. – Конечно…

– Но лишнего ничего не говори, поняла?

– Угу…

– И не вздумай пить спиртное на приёме. Не люблю, когда от женщины пахнет алкоголем.

– Хорошо…

– Ни с кем не вступай в долгие дискуссии, особенно с мужчинами.

Почему?

– Угу.

– Будь всегда рядом со мной и улыбайся. А если я отлучусь, а ты окажешься одна, оставайся на месте и никуда не уходи. Поняла меня?

– Да.

– Умница, девочка, – прозвучала строгая похвала. Лазарь, явно оценил мой сарказм и поэтому добавил «вишенку»: – Когда поедем обратно домой, отсосёшь мне, как вчера.

Э-э-э…

– Хорошо, – и на губах заиграла улыбка, словно я только этого и желаю. А в душе всё опускается от такого рабского отношения. Хотя… меня же никто не обижает. Но женщина внутри меня всё равно желает бунта.