Беременна не по правилам, или Цена одной ошибки

Стальные глаза смотрели с вызовом. Этот взгляд принадлежал умной женщине.

Я вдруг представил, как распустил бы её причёску, чтобы увидеть, как на обнажённые плечи упадёт водопад тяжёлых чёрных волос, а серые глаза смотрели бы на меня в ожидании продолжения…

Тряхнул головой, прогоняя чувственную, но совсем ненужную мне картину.

Внимательно вгляделся в снимок. У Тамары было красивое лицо – утончённое, аристократическое. Интересно, мой ребёнок будет больше похож на меня или на Тамару?

Взял другую фотографию.

На этом снимке Тамара выглядела совершенно другой – не холодной и недоступной стервой, как на первом фото, а озорной девчонкой. Это был снимок в движении. Чёрные волосы развевались на ветру, а счастливая улыбка словно осветила женское лицо. Тамара на этом фото выглядела юной и очень счастливой.

«Наверное, она была бы хорошей матерью…» – проскользнула мысль.

Тут же разозлился на себя.

Все женщины – лицемерные создания! Все они с виду милые и хорошие, добрые и ласковые, но это всё маска, притворство.

Все женщины, с которыми я имел дело, мечтали лишь об одном – выскочить за меня замуж, чтобы купаться в богатстве и роскоши. Никто из них не любил меня.

Даже мать… Женщина, которая родила меня, бросила нас с отцом.

Все женщины одинаковые. Без исключения.

И в любовь я не верил и не верю. Любовь придумали неудачники и дураки.

Лучше я буду жить так, как живу сейчас. Менять ничего не собираюсь. Предлагаю женщинам свою поддержку, плачу за их комфорт, но когда мне становится скучно, мы расстаёмся и я выбираю другую.

Товарно-денежные отношения – всё честно и не прикрыто вуалью красивой лжи и лицемерия.

Я нравился женщинам – это факт, но мои деньги нравились им ещё больше.

Если верить сплетням жёлтой прессы, то я являлся неисправимым бабником. В одном журнале написали, что внешне я похож на хищного зверя, каждую секунду готового к смертоносному прыжку. Я достаточно высокий, мой рост – сто восемьдесят пять сантиметров, с развитой мускулатурой, гибким телом и взрывным темпераментом, доставшимся мне в наследство от отца.

Я мог внушить страх даже человеку, знавшему меня с самого рождения.

А что говорить о незнакомой женщине, которая станет вынашивать и рожать моего ребёнка?

Уверен, что моё предложение быстро заставит Тамару отказаться от ребёнка. А если начнёт взбрыкивать, то всегда можно применить другие меры, менее гуманные.

Родители и друзья Тамары явно будут не рады возникшим неприятностям, если она откажет мне.