Чудовищные будни красавицы

Обрадовалась, что, наконец, могу выдохнуть и несколько часов прожить как нормальный человек… вышла из подъезда и…

Я даже словами вам передать не могу, какая сильная боль вспыхнула в моей голове. Вскрикнув, с силой сжала виски и глухо застонала.

Но это не всё. Вслед за жуткой головной болью, меня затошнило, да так сильно, что весь завтрак моментально оказался вне моего желудка.

Перед глазами начало темнеть.

Я поняла, что ещё чуть-чуть и потеряю сознание.

Единственная мысль, что стрелой пронеслась в моём сознании: «Нужно вернуться!»

На подгибающихся ногах, по стеночке, вернулась в подъезд.

Доплелась до лифта, ударила по кнопке и тяжело валилась в открывшуюся кабину. Сквозь пелену перед глазами, дрожащим пальцем нажала на свой этаж. Рухнула как подкошенная и упёрлась руками, чтобы моё лицо не оказалось на грязном полу.

По мере того, как поднимался лифт, моё жуткое состояние проходило.

Тошнота исчезла, от головокружения и дикой головной боли не осталось и следа.

Слабость прошла, и я спокойно поднялась на ноги и вышла из лифта на свою площадку.

В недоумении уставилась на свою входную дверь, потом открыла сумку и долго в ней искала мятную жвачку.

Отправила две подушечки в рот и вновь вызвала лифт.

Поехала вниз, вышла из подъезда и… Всё повторилось с поправкой, что стало хуже!

Я едва смогла вернуться.

Так плохо мне никогда в жизни не было и я совсем-совсем не желаю повторения.

В диком недоумении и злая как тысяча чертей вернулась в квартиру и с порога рявкнула:

– Так, быстро сюда!

– В чём дело? – вышел из кабинета Филипп в одних портках нежно розового оттенка.

В другой ситуации я бы обязательно над ним пошутила.

Из гостиной показался и Виктор. Он зажимал подмышкой планшет и явно был недоволен, что я его отвлекла от занимательного дела.

– Почему вы вернулись? – поинтересовался он хмуро.

– Филипп, оденьтесь немедленно. Вы сейчас выйдете вместе со мной из квартиры, из дома… Я хочу кое-что проверить.

Мои герои хороши были тем, что иной раз не задавали вопросов.

Лицо у меня было видать слишком серьёзным, раз они оба поспешили выполнить мою просьбу-приказ.

Хотя Виктору понадобилось лишь сапоги обуть (отдельная история, как я «уговаривала» его и Филиппа не ходить по моей квартире в обуви).

Граф и барон без происшествий, но с изумлением на лицах спустились вместе со мной в лифте.