Данте

Данте моргает, и его взгляд смягчается. Он усмехается и смотрит на меня.

– Вам было мало? – говорю тихо, но Данте меня прекрасно слышит.

Он стоит ко мне так близко, что я ощущаю запах и жар его большого тела. И в этот миг понимаю, насколько он огромный.

В сравнении со мной и вовсе гигант. Моя голова едва достаёт до его ключиц. Рядом с ним я чувствую себя крошечной и хрупкой.

По какой-то неизвестной мне причине я неожиданно для самой себя возбудилась.

Хмурюсь, потому что не понимаю… Я ненавижу, когда кто-то нарушает моё личное пространство.

Мне всегда некомфортно и нервно находиться с кем-то настолько близко.

Но с этим странным и явно ненормальным мужчиной я чувствую раздражение и… покой.

Меня охватывает странное и непривычное мне ощущение безопасности.

Но наваждение быстро проходит, когда Данте открывает рот и говорит. Говорит низко, спокойно, и в его голосе сквозит опасность:

– Никто не смеет к тебе прикасаться, Ангел. Никто, кроме меня. Если этот барменишка ещё раз тебя тронет, хоть пальцем заденет, нарочно или случайно – не важно.

Я выбью ему зубы и сломаю руки.

Эти слова адресовались по большей части Коле, а не мне.

Но меня они напугали, наверное, гораздо сильнее, чем Николая. Потому что Данте не шутит. Я вдруг отчётливо понимаю, что он это сделает с Колей.

Мои глаза широко распахиваются, а сердце быстрее бьётся в груди.

Боже мой! Из всех мужчина огромного мира, ты решил свести меня с больным психопатом?! Серьёзно?! За какие грехи, чёрт возьми?!

– Не смейте угрожать моему коллеге! – рычу я, гневно раздувая ноздри и глядя на большого и здорового мужчину снизу вверх.

Наверное, смотрится это до безобразия нелепо – какая-то козявка скалится на огромного и опасного хищника.

Данте на мой гнев лишь скептически поднимает бровь.

Меня всё это начинает злить. Никто не смеет без моего разрешения влезать в мою жизнь!

– Я серьёзно, – добавляю низким, чуть вибрирующим тоном. Меня колотит от напряжения, злости и страха. Да, мне страшно.

Страшно, что я могу сделать только хуже, но остановиться не могу. – Я сама решаю и выбираю, кто может ко мне прикасаться и кто будет со мной общаться. Я, быть может, давно мечтаю стать девушкой Николая, а тут вы… мешаете мне строить личную жизнь. Оставьте меня, Данте.

Вдруг его лицо каменеет. Он с такой силой стискивает зубы, что я отчётливо слышу скрип и вижу, как заиграли желваки на его скулах. А взгляд резко мрачнеет точно так же, как темнеет небо перед штормом.