Днк, или Верни моего ребёнка!

Сын? – спросила по слогам, чувствуя, как трясусь вся, а грудь болит и ходит ходуном, так часто я дышала.

– Пока мы делали кесарево, ваш ребёнок снова перевернулся и пуповина обвилась вокруг шейки… – произнесла она устало.

«Что? О чём она говорит? Этого не может быть!»

– Мы сделали всё, что могли… Нашей вины здесь нет. Мне очень жаль…

Она говорила что-то ещё, но её слова превратились для меня в пустой звук. Я не слышала эту страшную женщину. Я слышала только гул, переросший в звон.

Мне казалось, что я задыхаюсь в этой чудовищной палате.

Мне хотелось на воздух! Мне хотелось кричать, но с губ срывался лишь стон… Щёки защипало от горячих слёз, которые подобно кислоте оставляли рытвины на моей коже…

Сначала я не поверила и когда, нашла в себе силы, закричала:

– Не верю!!! НЕТ! Мой сын не мог умереть!!! Отдайте мне его-о-о-о!!!

– Успокойтесь, прошу вас…

– Что вы с ним сделали?! Это всё вы! Вы убили моего ребёнка!!! Я не верю!!! Я не верю ни одному вашему слову!!! Отдайте мне моего сына!!! Верните его!!! Где он?!!! Где мой мальчик?!!!

Моя истерика прекратилась с уколом сильного успокоительного.

Когда я снова пришла в себя, то уже не кричала. Всё сказанное обрушилось на меня невыносимо-тяжёлым грузом, что сердце сжала такая боль и пронзила такая тоска, что мне мгновенно захотелось умереть.

Мне кажется, столько слёз, сколько я выплакала в тот день, у меня не было за всю жизнь… Я так думала…

Но когда, на мои слова, что я не верю, мне показали тело моего сына… Мне кажется, в тот момент меня не стало…

Глядя на тельце своего малыша, я чувствовала, как сжимается моё сердце, которое так и не познало счастья материнства.

Слёзы лились не переставая…

Я хотела взять его на руки, но мне не позволили.

Лишь тронула его маленькую холодную ладошку, и моя душа начала замерзать, холодело моё сердце.

Что может быть страшнее этой потери?

Всё кончилось, рухнуло, разбилось! Больше нет моего сына, а значит, больше нет и меня.

Я как во сне говорила с мужем, как сомнамбула получила выписку.

Не понимала, что происходило дальше.

Похороны, чьи-то соболезнования, какие-то ненужные слова, холодная земля, которой засыпали гробик моего малыша…

Моя психика реагировала на всё с каким-то отупением, организм, таким образом, спасал меня и защищал. Боль потери была настолько сильна, что моё сердце могло просто разорваться…

Я словно смотрела фильм. Глядела, как закапывают могилку, слышала стоны и плач знакомых лиц.