Два малыша, два жениха и одна мама-невеста

Никогда не думала об убийстве, а сейчас вдруг вспомнила, что у моего отца имеется первоклассное ружье.

Сарбаев

Настя вышла из моего кабинета раскрасневшаяся, злющая, но вынужденная покориться моей воле. Девочка еще не поняла, во что невольно впуталась.

Мне даже стало интересно, она такая сдержанная всегда или только на работе? Потому что судя по той ночи страсти у малышки хоть отбавляй, и я был бы не против ту ночь повторить… Жаль, что она оказалась сотрудницей компании. Отец давно четко и ясно дал понять, что не потерпит интрижек ни моих, ни Сталя с работницами компании.

В принципе я был согласен и принял правила. Но, черт побери, как же в такие моменты хочется их нарушить!

Я хмыкнул, вспоминая ее дрожащую нижнюю губу, полные ужаса глаза и побледневшее лицо, когда она оказалась в импровизированном смотровом кабинете. Правда мне хотелось придушить Сталя, когда он прикасался к Насте своими лапами, но свою роль он сыграл отлично.

Очень надеюсь, что он не станет претендовать на мою помощницу.

Иначе придется снова показать, кто здесь хозяин, и разбить ему нос.

Сморщился, когда вспомнил давнюю драку с Димитрием, и коснулся едва заметного шрама в области брови. В тот день мы знатно друг друга отделали, но победителем так никто и не стал.

Раздался звонок.

– Да, – безэмоционально сказал я.

– Тимур Багратионович, привезли технику для слежения, – сообщил мне начальник службы безопасности, Вадим Кузьмин. – Какие будут дальнейшие указания?

– Когда все разойдутся по домам, пусть техники начинают устанавливать аппаратуру.

В первую очередь в отделе закупок. Успеют за ночь?

– Успеют, успеют, – подтвердил он.

– Отлично. В остальных отделах в порядке очереди. И скажи, Вадим, за лицами из отдела закупок уже следят твои люди?

– Обижаете, Тимур Багратионович. Как только вы приказали, сразу же приступили к делу. Но пока новостей интересных нет. Отчет о первых наблюдениях предоставлю вам завтра.

– Хорошо, Вадим. Работайте.

– Тимур Багратионович? – прозвучало немного виновато.

– Что?

– Вы уж простите, но Багратион Тамерланович просил установить камеры слежения и у вас, в вашем кабинете, приемной и комнате отдыха.

Я вздохнул. Хорошо хоть не в личной ванной и туалете.

Отец прекрасно знает, что я ненавижу, когда вмешиваются в мое личное пространство, но данная ситуация настолько серьезна, что возмущаться по этому поводу я просто не имею права.

– Хорошо, – выдавил я. – Устанавливай.