Два малыша, два жениха и одна мама-невеста

 – Они пожмут плечами и отдадут эти деньги другой… А ты можешь если не на себя потратить, то хоть в фонд больным детям отправить. Пользы больше будет.

Я замотала головой.

– Нет, это не мои деньги. Если бы я не находилась под воздействием… то никогда не совершила бы то, что совершила. И если я оставлю эти деньги, то сама себе буду противна до конца дней. Это будет значит, что я действительно проститутка!

– Настя, ну что за бред? Никакая ты не проститутка. Вспомни фильм с этой… как ее там звали… Вспомнила, с Еленой Яковлевой! «Интердевочка».

– Уля! Я тебя сейчас стукну! – одернула подругу Машка. – Нашла, блин, сравнение.

Уля надула губы и замолчала.

– Не слушай ее, – фыркнула Мария. – Поступай, как считаешь правильным. И знаешь, я даже поддерживаю тебя. Второй твой босс что написал в записке?

– «Спасибо за ночь и попробуй завтрак», – процитировала я.

Маша широко улыбнулась.

– Прекрасно! Пошли ему в конверте деньги с такой же запиской и сэндвич с кофе, пусть подавится.

Уля рассмеялась.

– Представляю, какое у него будет лицо!

Я улыбнулась, потом хихикнула, ну а когда в голос захохотала Машка, я тоже не удержалась.

– И еще… ик! Добавь каждому по десять копеек сверху… ик! И подпиши, что ты благодарна за их труды…

Моя кухня вновь взорвалась нашим громким смехом.

Отсмеявшись и напившись воды, чтобы остановить икоту, Машка спросила:

– Насть, ну а секс-то тебе понравился?

Мои щеки залил яркий румянец, и я утвердительно кивнула.

– А кто был круче? – поинтересовалась неугомонная Уля. – Первый босс или второй?

Маша хихикнула и тоже выжидательно на меня посмотрела.

– Ну-у-у-у… – протянула я, чувствуя, как лицо полыхает огнем смущения и стыда.

– Да ладно тебе! Не красней, все же свои, – улыбнулась Уля. – Я ведь всегда вам рассказывала про своих любовников, начиная с университетской общаги.

– Да, по твоим рассказам можно новую «Камасутру» составить, – хмыкнула Маша и снова вернулась к моим боссам.

– Да ладно вам, девочки… – попыталась я отнекаться, но натолкнулась на две пары прищуренных глаза.

Все понятно: пока не расскажу, не отстанут.

– Ладно, ладно. Они оба были хороши, – сказала я.

– Так не бывает, – пожала плечами Уля. – Все равно кто-то должен лидировать.

– Слушай, я была в таком состоянии, что мне, наверное, и бомж показался бы супер-пупер крутым мачо, – пробурчала я в ответ.