Его любимая девочка

Мои лю ди контролировали каждый ее шаг, отслеживали каждый звонок, СМС-сообщения, электронную почту, банковские карты, все социальные сети. Она ложилась поздно, подолгу читая книги и учебники, вставала очень рано. Ей нравилось готовить, особенно печь торты. Благодаря моему вмешательству, в ее квартире не появлялись парни. Она любила подолгу разговаривать по телефону и переписываться с друзьями в Интернете. Лена редко смотрела телевизор, но зато всегда слушала музыку. Любила физические нагрузки, особенно танцы.

Любила родных и дорожила друзьями. Елена была ответственной, очень педантичной, организованной и умной девушкой. Я знал, что она девственно чиста. Не только телом, но также душой и разумом. Чистый, невинный и прекрасный цветок, который сорву только я. Я ждал, когда она закончит университет. Два томительных года. Два года ярких фантазий о ней. Ей оставалось совсем немного – защитить диплом, но я больше не мог ждать. Диплом с отличием она получит – настоящий и заслуженный. Только эта корочка ей никогда не понадобится. Я хотел стать для нее тем единственным, кто будет отдавать приказы, контролировать ее жизнь. Я хотел стать для нее всем. До боли во всем теле я желал эту девушку и словно наяву представлял, как буду трахать ее, лишать невинности и учить доставлять мне удовольствие. Представляя себе эти волнующие образы, я едва не кончал себе в штаны. Как наяву слышал ее голос – зовущий, стонущий мое имя, мягким бархатом ласкающий кожу. Я никого не хотел, кроме моей девочки, и подбирал себе девушек, максимально похожих на нее. Они были красивы – благодаря стилистам, похожи на нее внешне, но вот содержание кардинально отличалось. То были обычные шлюхи, мечтающие срубить бабла и потрахаться с таким красавчиком, как я. Они думали, что сорвали куш, и лелеяли надежды остаться со мной надолго. Тупые б**ди. Я трахал эти тела, представляя на их месте свою девочку. Врезался в чужие дыры, мял груди, кусал полные губы, рвал их на части своим звериным ненасытством и был глух к их мольбам. Мне было плевать на то, что им больно. Для меня эти девки не существовали, не имели никакой ценности. Я хотел лишь их мокрые дырки, чтобы забыться на время и представить, что я уже с Ней… Когда их вопли вконец раздражали меня, я затыкал их рты кляпом. С ними я всегда был агрессором, захватчиком, который только брал и уничтожал. Лену же я любил.