Хозяйственные будни красавицы и чудовища

Положил руки на каминную полку и вновь заговорил:

– Любовь Белль была ненастоящей, но в том нет её вины… – мгновение он молчал, а потом проговорил хрипло: – Но даже несмотря на магическое внушение, в ней зародилось настоящее чувство – влюблённость к страшному Зверю… Быть может, со временем это хрупкое чувство окрепло и обернулось бы настоящей любовью… Быть может… Но этого мне уже никогда не узнать. Её судьба это не я, леди Свон. Белль по-настоящему полюбила другого мужчину. И это чувство оказалось взаимным.

Не поверите, но когда она уходила, мне отчаянно хотелось кричать ей вслед: «Стой! Не уходи…»

Последние слова прозвучали надломлено. И столько в них было трагедии, что ощутила, как у меня защипало глаза от слёз. Мне стало невыносимо жаль этого большого, но такого ранимого мужчину.

Он повернулся ко мне и договорил уже безэмоционально:

– Как видите, у меня нет никакой веры феям.

***

-Лара-

Он закрыл глаза и выдохнул:

– Но феи феями, а во всех своих бедах виноват только я.

И я рад, что Белль обрела своё счастье. Со мной она хлебнула бы одного лишь горя.

А я смотрела на него во все глаза, боясь моргнуть, иначе потекут слёзы, и решила однозначно для себя – как только встречу фею Агату – придушу паршивку!

– Мне бесконечно жаль, милорд, – произнесла тихо. – Понимаете, когда случаются трагедии, мы всегда стараемся найти виноватого. При отсутствии подходящего кандидата начинаем винить себя, тем самым разъедая свою душу и не позволяем себе исцелиться.

Адам посмотрел на меня задумчиво и кивнул, что-то решая для себя.

– На будущее, прошу вас, леди Свон, тему о Белль не затрагивать.

– Договорились, – согласилась я.

Ему было больно и, наверное, он уже перестал верить в любовь.

– Тогда… расскажите мне всё с самого начала, – произнесла я, протерев лицо. Всё-таки несколько слезинок сорвалось с ресниц, но граф вроде бы их не увидел. – С какого момента начались проблемы?

– Всё началось с проклятия.

Оно разделило мою жизнь и жизнь всего графства на «до» и «после», – сказал Адам. – Пострадал не только я один. Весь Бистаун оказался во власти гнева феи. Как вы уже поняли – я оборотень, леди. Когда в моей жизни появилась Белль – проклятие пало. Но с её уходом – оно частично вернулось. Хвала небесам, что оно снова не затронуло остальных, а только меня. Пока мы были прокляты – нас отрезало от остального мира. Мы были в изоляции, но жили благодаря магии феи.