Измени нас

Отсмеявшись, говорю:

– Впаривайте, господин проректор, эту чушь своим отличникам. Плевать! Отчислен, значит, отчислен! Так даже лучше. Отчим ни меня, ни моих денег никогда не получит.

– Я думаю, ты изменишь своё решение, – вздыхает он, потом прикрывает глаза и трёт переносицу.

Он всегда так делает, когда сильно нервничает. К слову, это бывает крайне редко.

– В чём дело? – хмурюсь и злюсь сильнее. – Выкладывай! Ну?

– Он нашёл твою сестру, Майкл, – говорит он то, чего я все эти годы так сильно боялся.

Наблюдая шок на моём лице, он сильно хмурится и произносит:

– Микаэла у него уже месяц. Ты… не знал?

Я поднимаю с пола кресло и как сломленный падаю в него, смотрю мимо проректора.

– Как он узнал, где она? – произношу едва слышно.

Зубовец теребит галстук и с нервозными нотками в голосе отвечает:

– Мне кажется, Майкл, от мафии невозможно, что-либо или кого-либо надолго спрятать.

– К херам мафию! Мой отчим – шавка, шестёрка, как говорят здесь, но никакой он не мафиози! Мой отец был мафиози, а этот ушлёпок – нет! Ему важно наследство. И не-е-ет, – качаю я головой, – Мику я спрятал в надёжное место. Она жила под другим именем… Кто-то прознал, сдал? Чёрт!

Прикрываю глаза и тру лицо. Сестрёнка моя младшая, я облажался. Обещал, что отчим не получит тебя и не сберёг.

Покинул Италию, живу в России, малышку спрятал у маминой подруги в Ирландии. Но этот pezzo di merda[2 - Pezzo di merda, ит. (Пеццо ди мерда) – Кусок дерьма.] всё-таки нашёл Мику.

Потом ко мне приходит осознание. Поднимаю злющую морду на проректора и говорю со всем презрением:

– Так ты у нас, получается, парламентёр, верно? И какие условия выставил этот кусок дерьма?

Зубовец видит, как я заведён и решает не ходить вокруг да около, выкладывает всё, как есть.

– Ему нужно наследство, Майкл. Твой отчим не желает ждать, когда твоей сестре исполнится двадцать три.

Я киваю. По условиям завещания я получаю наследство, когда окончу университет. Любой универ.

Если я не выполню данное условие, то наследницей становится моя младшая сестра Микаэла Неро, но лишь тогда, когда ей исполнится двадцать три года. Ей сейчас восемнадцать.