Защитник

Я взяла со столика два бокала шампанского и один протянула мужу.

– Думаю, этот тост должен быть нашим.

Никита взял из моих рук бокал и повернулся к гостям.

Музыка стихла, и ведущий попросил у всех внимания.

– Мои дорогие друзья и… Вот чёрт!!! Катя!!!

Вдруг, Никита отшвырнул от себя бокал с шампанским, схватил меня за руку и толкнул на мраморный пол.

Я упала и больно ударилась коленом. Громко взвыла от боли.

Раздался резкий и оглушительный звук.

Замерла, оглянулась через плечо и нашла взглядом мужа, который пытался выхватить пистолет из кобуры убитого охранника.

Никита сделал несколько выстрелов и побежал ко мне.

– Бронецкий! Стой, сука! – услышала я чей-то злой голос.

Никита обернулся и вдруг, снова раздались оглушительные хлопки. Мой муж странно дёрнулся и повалился на меня.

Сверху полилось что-то тёплое и липкое.

В моих ушах звенело, но я всё равно расслышала, как в торжественном зале все кричат.

– Никита… – прохрипела я, не в силах соображать.

Муж не отвечал.

Кое-как мне удалось выбраться из-под его тяжёлого тела. Перевернула мужа на спину и открыла рот в беззвучном крике.

До меня, наконец, дошло, что произошло!

В Никиту стреляли! Стреляли!

И его убили!!!

Вся его грудь была залита кровью! И во лбу зияло ровное чёрное отверстие!

А потом я услышала собственный крик. Дикий крик, который оглушил меня.

А потом раздался взрыв.

* * *

Катерина

Меня оглушило. В ушах с невероятной болью зазвенело.

Я легла навзничь и когда немного боль отпустила, подняла голову, оглядываясь вокруг.

В когда-то праздном и красивом зале начался настоящий ад!

Весь мир пришёл в движение. Люди кричали, стонали, рыдали, кто-то ругался матом и проклинал всё на свете! Я слышала эти звуки как сквозь толщу воды.

Я никогда за всю свою недолгую жизнь не видела столько крови и столько ужаса.

Даже гибель отца с Любой сейчас воспринималась не так остро, как жуткая смерть моего мужа!

Я вся дрожала, слёзы ужаса застилали мне глаза и мешали видеть ясно.

Я кричала о помощи, но сама не замечала, что мой крик – это и не крик вовсе, а слабый хрип.

А потом на меня навалилась адская усталость.

Подползла к мужу и уронила голову ему на грудь.

– Никита… – прохрипела сдавленно и зарыдала.

Мои перепачканные в крови пальцы оставляли новые красные пятна и разводы на когда-то белой рубашке и белом пиджаке мужа.