Вороница. Пойманные души

Больши?м чудом во время падения я не убилась об острые выступы и камни, торчащие пиками вверх. Погружение в реку не привело в чувство, а только сильнее оглушило. Помню, как бурным течением холодные воды сносили меня к тёмному лесу, который люди, двуликие и маги обходят по большому радиусу, лишь бы не ступить на землю, кишащую умертвиями. Как и избегают чёрную безжизненную территорию от Трезубца до чащи, в которой я теперь лежу на спине, пытаясь отдышаться. Чтобы снова рвануть из леса, навевающего дикий страх.

В холодных водах, выдохнувшись от борьбы за каждый глоток воздуха, я потеряла сознание на некоторое время. Смутно помню, как огромный мужчина выловил моё ослабевшее тело из реки и перетащил на безопасный участок, где меня не мог снова захватить в свои объятия смертоносный поток. Уже навсегда.

Очнувшись, я решаю бежать через Забытый лес. Пересечь его ближе к краю, только бы не остаться на открытой местности. У меня не хватит смелости попытаться преодолеть реку, что уже чуть не погубила меня.

Влажный воздух пахнет гнилью и плесенью. С огромным трудом продираю глаза. Усталость против воли уверенно затягивает в сон. Поддамся и сама покину сторону живых. Позволяю себе ещё хоть немного полежать и восстановить силы. Сердце замедляет свой безумный стук и перестаёт гулко отдаваться в ушах.

Словно в хмеле смотрю на Луну. Она сверкает, как голубой лёд на вершинах Инзгольда, проглядывает меж голых ветвей, взмывающих до небес высоченных деревьев.

Здесь, в глубине чащи, находятся неизвестные мне растения. Да и кто в здравом уме полезет в Погиблые земли изучать их?

Немного отдышавшись, кряхтя поднимаюсь и снова бросаю взгляд на предвещающее беду небо.

Сколько у меня времени, прежде чем голубых Лун станет три и они выстроятся в ряд, ознаменуя, что тёмное проклятие свершилось?

Глава 1. Обманчиво заманчивое предложение

Внешняя сторона крепостной стены – прекрасное место для переосмысления своей жизни.

Уныло болтаясь на верёвке в отсыревшей одежде, я живо представляю себя в совсем ином месте. Более гостеприимном для моей продрогшей тушки. Но я объяснимо нахожусь именно здесь, коли уж за все годы жизни в Роунхельме я не сумела найти лучшего применения своим редким способностям. Раздражённо сдуваю с лица волнистую прядь волос, выбившуюся из косы.

Одежда почти сразу перестала сдерживать оседающие на ней капельки влаги.