Знак обратной стороны

К счастью, рост Рябина позволил достать книгу, не уронив при этом парочку соседних.

Пиво было временно оставлено на подоконник, и парень углубился в изучение попавшего ему в руки труда. Правда, очень скоро его постигло разочарование – книга была написана на каком-то иностранном языке, вроде польского или сербского. В любом случае, прочесть ее Дане не удалось бы, а перемежающие сплошной текст рисунки только сбивали с толку. Они не были объединены ни сюжетом, ни даже художественной манерой.

– Это моей бывшей тетки.

На пороге под аккомпанемент надоевшего хуже горькой редьки «Despacito» возник Жека. Судя по всему, девочки закончили свои таинственные разговоры, а парни допились до такой стадии, что можно было начать танцы.

– Как это – бывшей тетки? – не понял Даниил.

– Ну, бывшей жены моего дяди, если тебя так больше устроит. Они прожили вместе всего два года, а ее вещи до сих пор периодически находятся. Хотя тут она появлялась всего раз пять на моей памяти.

Только не спрашивай меня, что это за дичь – не знаю. Тетка у меня этот… психолог, не – невролог. Или нейрохирург? Короче, любит запихивать людей в разные громоздкие аппараты и бить их под колени молотком.

– А, понятно, – протянул гость, хотя ему ничего не было понятно. Но если экс-тетка Жеки понимала хоть что-то в этих записях, респект ей, как любит говорить младшая сестрица Дани. – Ладно, извини, что вперся сюда.

– Да ладно, ничего страшного. Главное, не помни отцовские бумаги.

Остальное – пофиг, – благодушно махнул рукой одноклассник.

Они вернулись в гостиную, где уже вовсю гремел другой не менее прилипчивый трек. Пославшая Даню девица изображала нечто среднее между стриптизом и предметными конвульсиями, но из всех вещей с нее был снят только левый носок.

– Эй! – Заорала она новоприбывшим. – Идите танцевать!

Оказавшийся ближе всех к ненормальной Даниил сейчас же был схвачен и вытащен на середину гостиной.

– Машка, отвали, – слегка оттолкнул он назойливую любительницу публичных оголений.

Но та вцепилась в Рябина подобно голодному таежному клещу и даже ухитрилась расстегнуть застежку на его толстовке, прежде чем подростку удалось высвободиться.

– Эге, какого лешего тут твориться! – В комнату разъяренным малиновым шмелем влетела Кристи. – Я сказала – руки прочь от моего парня!

– Да сдался мне этот мажор! – Тут же отступила назад Машка. – Забирай себе со всеми потрохами.