На берегу Вселенной

Они все еще надеялись узнать о землянине больше – исследования на людях были запрещены столетия назад, а те знания, которые снобы приобрели о людях до этого «гуманного закона», как они его назвали, были ничтожно малы – архивы сгорели около пятидесяти лет назад, когда началась великая межгалактическая война, в который миролюбивые снобы вынуждены были взять оружие и защищать себя и свои семьи. Хотя это были и не самые добрые существа, они все же научились эмпатии, состраданию. Потеряв миллионы своих жителей, государство снобов вынуждено было пересмотреть многие законы, изменить свою миграционную и социальную политику: некогда будучи популярным за свою эгоистичность, пренебрежение другими правительство Эйтонби было отправлено в отставку, а на смену ему пришла и поныне популярная партия «Двух пальцев» во главе с Принстоном.

Название такое они получили за свои миролюбивые лозунги и дружественно направленную политику – этот символ, такой простой жест, которые когда-то использовал известный на Земле Уинстон Черчилль, получил популярность и здесь, на планете Семи Божеств.

Окруженный вниманием, заботой, Эд вскоре снова встал на ноги. Ребятишки все чаще приходили к нему, но разговоров у них не завязывалось. Кажется, он стал их пугать. Действительно, вид в последние месяцы у Эда был удручающим – казалось, он чем-то сильно болел. Однако анализы у него были замечательные, все показатели оказывались в норме изо дня в день. И только сам Эд знал, в чем дело: его мозг не давал ему глубоко спать, каждый раз погружая в страшные, но в то же время самые ценные воспоминания, он все время думал о том дне – это была назойливая идея, не покидавшая его голову.

Она начала его разрушать.

Однажды, снова придя к «Пришельцу Эду» после школы, Роб спросил его (что удивительно, Эдвард полностью начал понимать их язык, но все еще не мог связать и двух слов, чтобы выразить свою мысль на нем):

– Почему ты все время смотришь на пустую стену? Там же ничего нет.

Нужно сказать, что Эд действительно очень часто зависал где-то в пространстве, пока мысли водили его то по кругу событий, то уносили в далекие края.

Он и правда подолгу смотрел на эту пустую, белоснежную стену, которую будто бы припорошили немного сверкающим снегом. Эд создавал впечатление умалишенного человека, потерянного и не соображающего. Он был как та завалявшаяся в магазине картофелина, так одиноко смотрящая на полные ящики с овощами и фруктами. Он был таким же пустым и потерянным.

– Сложно сказать.