30 мест моей свободы

Поздним вечером, забравшись в спортивном костюме под то же одеяло, что и по приезде, она решилась включить телевизор. Работало всего три канала: Первый крымский, который ее пока не интересовал из-за качества предлагаемых программ, Первый татарский, языка вещания которого она не знала, и СТС.

Оставив СТС, Олеся вытаращила глаза. Поверить в происходящее не представлялось возможным. На экране пожилая китаянка держала в руках карту из ее сна.

– Знаете, почему Дурак – это самая сильная карта в Таро? Не потому, что их создатель сам был шутом, а потому, что Дурак – это чистый лист.

И потому, что Дурак может стать кем угодно. Вы были избраны, все всадники…

– Но не за то, кем вы являетесь, – подхватил мысль молодой китаец, стоящий рядом с китаянкой. – А за то, кем можете стать в будущем.

Олеся знала этот фильм. Он назывался «Иллюзия обмана»[46 - Детективный триллер об иллюзионистах, снятый французским режиссером Луи Летерье.].

Она вспомнила, что читать знаки настоятельно советовал один из героев все того же романа «Палач».

Еще там упоминалась книга «Творцы совпадений». Женщина пообещала себе купить эту книгу.

– Больше я не хочу никаких кошмаров, – громко и четко сказала Олеся Амуру. Пес в знак согласия склонил морду на бок.

– Пусть сон будет местом моей свободы. Свободы и важной информации. Пусть в моих снах у меня всегда растут крылья. И пусть их никто не топчет. Я хочу летать.

– Ргав, – рявкнул Амур в подтверждение, и Олеся расхохоталась.

Позже она завела дневник снов.

Анализировать их теперь стало ее любимым утренним занятием.

И прошу не путать это занятие с заглядыванием в пресловутые написанные кем-то сонники. Ни одного сонника за время описываемых в данной книге событий открыто не было.

Глава 7. Место свободы № 3. Эгрегор

Эллинги. До недавних событий Олеся такого слова не слышала.

Место было презабавное. Со стороны моря это были идущие друг за другом причалы для моторных лодок, упиравшиеся в ангары для этих самых лодок. Олеся насчитала их двадцать четыре.

Над каждым таким ангаром возвышалась двух- или трехэтажная надстройка, предназначенная для жилья, с обязательной тридцати метровой верандой на каждом этаже. Со стороны села эллинги напоминали длинный барак, у которого вместо окон по стене были хаотично раскиданы двери. Вели к этим дверям узкие металлические лестницы. Пролеты некоторых лестниц были настолько широки, что служили мини-верандами, где вплотную помещался столик и парочка стульев.