Палач

Смуглый, кучерявый, похожий на цыгана, Яша был дерзким райдером. Закуривая папироску (где ему удавалось раздобыть Беломор, одному небу известно), лихо зажав ее губами, он уходил на воду, прыгая с берега. Яше нравился чоп[12 - Мелкие волны, превращающие море в белую пену.]. «Кучерявый брюнет ушел в белые барашки», – иногда отмечала про себя Тата. Генза, загорелый пергидрольный блондин, был любителем сложных трюков. При этом и катался, и прыгал он почти на прямых ногах. Странно смотрелось то, как он отталкивается от воды, не сгибая ног.

Было в этом что-то противоестественное и притягательное. Хуан, в миру Илья, и дядя Веталь, он же Виталик, были классическими спортсменами, с той разницей, что Веталь весил килограмм 100 при росте почти в два метра, а Хуан килограмм 60 примерно при росте метр семьдесят. Хуан и Веталь выходили на воду одновременно и выполняли трюки синхронно. Добиться такой синхронности им помогали ежедневные изнурительные тренировки и собственная система опознавательных жестов, с помощью которой они общались на воде. Их взаимопонимание оказывалось за гранью Татиного понимания, и она с искренним восхищением всегда смотрела на эту пару, открыв рот не в переносном, а в прямом смысле. Украшением у анапстеров была Ксения. Коньком Ксении были затяжные высокие прыжки и полные фантазии фигуры. То она снимала доску с ног и закидывала ее за голову, при этом делая поперечный шпагат. То смешно поджимала ноги в коленях, а доску клала под мышку. Ксения часто участвовала в соревнованиях и почти всегда забирала приз зрительских симпатий. Анапстеры жили в домиках на сваях. В мае они обычно рыли в песке глубокие прямоугольные ямы, вколачивали туда по периметру струганные бревна, на вершине бревен делали настил, а на настиле устанавливали палатки. Таким образом у них получались двухэтажные жилища. На первом этаже – прохладное убежище для дневного отдыха, а на втором продуваемая легким ветром палатка. Легким потому, что убежища свои анапстеры устанавливали сразу за стеной тростника так, чтоб сильные ветра, необходимые для катания, гасли, попадая в прилиманные заросли. В остальном анапстеры были аскетами. Обычно они жили на косе до начала ноября. А потом разбирали свои жилища и отдавали на хранение в гаражный кооператив то, что можно будет использовать в следующем году.

Самарцы были франтами. Они приезжали в конце июня и уезжали в конце августа. В центре их лагеря обычно стояла просторная белая «медуза». Медуза была модная.