Из круиза с любовью

Послышались удары, Вика привычно тихонько завыла: жалко было маму, но вмешиваться она запрещала.

Сквозь тонкую дверь доносились вопли отца:

– Получай, б…, получай!.. Что ты там бормочешь? Ни с кем и никогда? Как же… ври больше… Ни в нашей, ни в твоей породе сроду чернявых да косоглазых не было… Нагуляла с кем-то, б…

Вика все стояла с портфелем в руке, так и не сняв пальто, когда озверевший отец вывалился в тесный коридор:

– Чего вылупилась? Очереди ждешь?!

Девочка шмыгнула за дверь и понеслась к Юльке.

Она изо всех сил давила на звонок, слыша, как на первом этаже хлопнула дверь и отец, матюгаясь, уже поднимается по лестнице. Но вот дверь в квартиру распахнулась и на пороге показалась величественная тетя Катя.

– Вик, это ты трезвонишь? Забыла чего?

И тут она увидела Викиного отца, вступившего на площадку с ремнем в руке. Задвинув девочку в коридор, Катерина подбоченилась.

– Толь, ты чего это, никак в гости?.. Так в гости с бутылочкой ходят, а не с ремнем! Шел бы ты, милый, домой.

Ростом отец был едва по плечо дебелой соседке. Затормозив перед ней, как перед несокрушимой преградой, Анатолий забормотал:

– Дочку, Вику давай…

– Не дам, и не проси! ? отрезала тетя Катя. ? Девчонке завтра в школу. Чего ж ей, опухшей да с синяками идти? И тебе на работу, день-то будний… Так что иди, Анатолий, проспись.

Она подтолкнула его в сторону лестницы, ногой захлопнула дверь в квартиру и стала напирать могучим бюстом:

– Ну чего, сам дойдешь, аль проводить? А то я ведь провожу…

На крыльце, уже вытеснив его из подъезда, добавила:

– И не вздумай сейчас на Ритке зло вымещать, я ведь не поленюсь, оденусь и постою под вашей дверью.

Хоть звук услышу ? участкового вызову!

– Только участковому и делов, что семейные разборки… ? пробормотал Анатолий, поворачивая к своему подъезду.

– А не придет, ? крикнула вдогонку тетя Катя, ? сама вашу дверь высажу и так тебе наподдаю ? век помнить будешь!

– Вот бабы-дуры, ? сокрушалась она, поднимаясь на свой третий этаж, ? совсем ни во что себя не ставят! Да с чугунной сковородой наперевес ни один мужик не страшен.

Врезать пару раз ? потом думать будет, прежде чем руки распускать… Вик! ? позвала она, войдя в квартиру. ? Оставайся. Небось, уместитесь с Юлькой на ее диване, а матери я передам, что ты переночуешь у нас.

Не раз Вика ночевала у гостеприимной боевой соседки, до самого начала восемьдесят седьмого года, когда Юлькина семья уехала из Максатихи.