Принцесса на горохе

? Вишь, как глядит-то: как Христос с иконы, и нос заострился… Ты поплачь, поплачь, чего в себе горе-то прятать… Поплачь, милая».

Но Ирина не могла плакать. Мысленно обзывая себя бесчувственным бревном, она только ощущала, что часть тяжелой ноши сползает с ее плеч. Осталось немного ? отдать последний долг мужу, похоронить его, а потом… А потом она отдохнет, наконец.

Но на какие деньги хоронить? Она слышала, что даже самые скромные похороны обходятся в копеечку. Глядя в гаснущие глаза мужа, и чувствуя, что пальцы холодеющей руки, сжимающие ее кисть, становятся все слабее, она уже прикидывала, где занять денег.

Вся жизнь ее в последние годы была подчинена одному: как облегчить боль родным, какие купить лекарства, где добыть на это денег… Где заработать, где достать денег?..

Сидя у постели умирающего, она дала себе слово, что как только рассчитается с долгами после похорон ? ни за что больше брать в долг не станет. Того, что она зарабатывает, им с сыном должно хватить.

Теперь ее Олежка будет сиротой. И дочь Леши сиротой осталась, правда, она уже взрослая, ей восемнадцать лет. Надо девочке позвонить, наверное, захочет прийти на похороны. Еще нужно известить сводную сестру мужа. Это стоит сделать сегодня же, чтобы иметь представление, приедут ли они и когда…

Первый и последний раз Ира плакала по Алексею, когда увидела в гробу совершенно незнакомое лицо. Ей сперва даже показалось, что тело перепутали. И только тут к ней пришло осознание, что мужа больше нет.

Что замужняя ее жизнь кончилась, и теперь она ? вдова. А ведь они неплохо жили… Можно даже сказать, что очень хорошо. Леша никогда не скандалил, до болезни был совсем непритязателен. Есть ужин ? хорошо, нет ? и чаем обходился. Не гнушался помыть посуду и постирать белье. Любил приготовить по воскресеньям настоящий борщ, и плов у него необыкновенный получался. Когда Олежка только родился, Ирина не знала, что такое вставать на крик малыша по ночам. Да, Леша был хорошим мужем. И вот теперь его нет.

Но Ирины беды еще не закончились. Только успела она прийти в себя после похорон, как выяснилось, что вторая нога у мамы тоже поражена гангреной. Анне Викторовне было настолько плохо, что смерти все ждали как избавления ее от мучений. Врачи вынесли вердикт: оперировать нельзя, второй ампутации слабое сердце не выдержит.

И опять вся тяжесть ухода за матерью легла на Ирины плечи.