Тьма придет за тобой. Психологический ужас

Анна чувствовала, как слезы застилают глаза, она видела, что для матери путь к спасению отрезан огнем. Девушка видела, как она соорудила петлю из веревки, что была на крыше для трубочистов, которые чистили каминные трубы, и надела на шею.

– Анна, я люблю тебя! – крикнула Скэрри и прыгнула вниз, повиснув в петле. Ее ноги судорожно дергались, тело извивалось, и Анне казалось, что она слышит хруст позвонков. Она не могла оторвать глаз от мертвой, которая так же, как и она стала частью адского круга. Анна смотрела на нее и думала о Римме, неужели и она жертва, а отец – Тэо его просто убрал со своего пути.

Что же происходит здесь, и как жить дальше?

Она не помнила, как пулей залетела в свою комнату, нацепила одежду, выгребла из шкатулки все свои сбережения, заскочила в кабинет отца и, выломав ящик стола, вынула ключ от сейфа. Все происходило так быстро, что потом Анна не будет помнить всех подробностей того утра. Многое забылось, она уехала в Англию, где продолжила образование и попыталась забыть эту ночь, полную удовольствия, подаренного темными силами.

Иногда Тэо приходил к ней во снах, и от этих кошмаров ее смог избавить только доктор Крисс. Поэтому она обратилась к нему за помощью, когда с ее братом Оливером стали происходить странные вещи.

3 глава

– Ты многое вспомнил, Оливер, – доктор Крисс, похлопал меня по плечу, – я слышал, что ты умеешь говорить.

– Я н-ннезнаю, к-как э-э-эт-то п-пп-полу-чил-л-лось, – выдавил я первые за несколько лет слова и попытался улыбнуться.

Слезы стекали по щекам, и впервые за все время я поверил, что доктор Крисс сможет помочь мне.

– Знаешь, когда ты ходишь по своему острову, твоя речь становится обычной нормальной, ты даже не заикаешься. Понимаешь? Ты не парализован, Оливер, и я обязательно помогу тебе со всем справиться.

Он снова ввел меня в гипноз, где я очутился на странном острове. Я сразу понял, что это небольшой остров и его можно обойти за один день. Мне не хотелось возвращаться в хижину, но очень хотелось есть и пить.

Я не помнил дороги и двигался по пути, который считал правильным. Черные обугленные стволы деревьев. Пепел, словно снег, ощущение потерянности и тупая боль, которая пульсом отдавалась в висках. Я должен вспомнить. Я все должен понять, как оказался здесь, и какую роль мне отвел Тэо Джанко в своей игре.

Опустившись на выжженную землю, я окунул пальцы в то, что когда-то было травой, а теперь лишь обугленным воспоминанием о ней.