Твоя рабыня

– Не знаю… – Голос все еще болезненно хрипел, словно я заболела ангиной.

– Это хорошо, – вдруг произнесла сестра, – по крайне мере ты не способна на крайние действия. И я спокойна. – Она вновь задумалась.

В тишине мы просидели около получаса. Я больше не желала о чем-либо разговаривать, изливать душу и плакать, просто душа уже была пуста, и в глазах больше не было слез. Лишь усталость и сон, который неожиданно опустился на мои веки.

Сквозь сон я услышала, как сестра выключила свет в зале и прилегла рядом со мною, в одну кровать, крепко обняв сзади, как это часто делала в детстве, и я тут же уснула, самым крепким, продолжительным сном.

Глава 3

– Злата, постой! Не убегай от меня так далеко, мне же не угнаться за тобой!

По длинной аллее загородного парка, по сухой асфальтированной дорожке, усыпанной осенней ярко-желтой и ярко-красной листвой, бежала маленькая, кудрявая девочка с темными волосами, лет пяти, в маленьком, ярко-красном плаще, в желтом вязанном берете, под цвет ботинков, бежала звонко смеясь, убегая и прячась за деревья от молодой девушки, лет двадцати пяти, так же одетая во все осеннее: в темно-зеленое пальто, в цвет изумруда, в темно-коричневых ботинках на невысоком, удобном каблуке, и на голове светлый платок аккуратно прятал ее длинные, темно-каштановые волосы.

На улице стоял конец октября, самая прекрасная и красочная пора осени, когда в последний раз пробиваются сквозь прохладный атмосферный воздух теплые лучи солнца, пытаясь хоть немного прогреть уже замерзшую землю, когда в воздухе уже пахнет морозной свежестью, будто вот-вот выпадет снег и закроет собой все яркие, красочные цвета осени.

– Не поймаешь! Не поймаешь! – Поддразнивала девочка, вновь и вновь, то убегая, то прячась от мило улыбающейся ей девушки.

В этот утренний час в парке было не так много народу, была среда, а значит, большинство людей находились сейчас на своих работах, а в парке гуляли в основном лишь пожилые люди, кому уже некуда было торопиться, и мамы, находящиеся в декрете.