Легенда о хрустальном драконе

О чем в то утро разговаривали король Райэн и лорд Эшли, Лили было велено не спрашивать. Но девушка догадалась, что разговор вышел крайне неприятным: от доброго друга, каким отец всегда считал его величество, лорд вернулся хмурым и явно чем-то сильно обеспокоенным.

– Прикажи собирать вещи, – бросил он встречавшей его Лилиане.

– Мы уезжаем? Накануне помолвки?

– Ты поедешь одна. Завтра, на рассвете – до Айсгарда путь неблизкий.

– До Айсгарда?

Сердце девушки испуганно забилось в груди, и следующие слова прозвучали прежде, чем она успела подумать об их тоне и о своем праве возразить отцу:

– От Глуаганте до Айсгарда неделя пути! До послезавтра я никак не успею вернуться! Милорд, значит ли это, что его величество…

Договорить лорд Эшли не дал.

– Помолвка откладывается, – рявкнул он.

Лилиана не посмела больше ничего сказать. Поклонившись, покорно отправилась исполнять приказание. И лишь поздней ночью, когда стало понятно, что на север она поедет одна, что нянюшка Дора слишком стара, чтобы поехать с ней, а других служанок отец не отпускает, перестала бороться с эмоциями и залилась горькими слезами.

– В чем я провинилась? Что такого сделала, что его величество решил отложить помолвку?

Нянюшка Дора погладила девушку по белокурым волосам и вздохнула:

– У каждого своя судьба. И вина у каждого своя.

– Айсгард так далеко! И там так холодно, что камины топят по три раза в день!

– И наказание у каждого свое.

– Я не понимаю, за что?!

– Иногда надо просто принять, смириться.

– Я смирилась! Но я хочу знать, что я сделала плохого! За что отец разгневался на меня?

Ответов Лилиана так и не получила ни в тот вечер, ни на следующий день, отчего тревога девушки возросла. Рассвет еще не наступил и слуги еще спали, когда лорд Эшли молча обнял ее на прощание, помог забраться в почтовую карету и махнул рукой кучеру, чтобы тот немедленно трогал с места.

Лилиана высунулась в окошко, хотела помахать отцу, однако увидела только спину лорда, заходящего в дом.

На глаза навернулись слезы. Лили попыталась сдержать их, но как нарочно, в этот миг карета проехала мимо дома кормилицы. В одном из окон девушке померещилось лицо Стефи, и Лили вновь расплакалась.

– Великие Небеса, за что же все это? Что я сделала такого, что отец прогнал меня прочь из столицы, даже не позволив попрощаться с друзьями? – всхлипывала она.

Растратив силы на горе и вопросы без ответов, Лилиана вскоре забылась неглубоким сном.