Большой секс в маленьком городе

– Лялин, в нашем городе есть хоть что-то, способное укрыться от твоего соколиного взора?

– А честному человеку прятать нечего, – дурашливо пропел он. – Ну, так как?

– Это ты про Тагаева? Никак. Я, кстати, зашла зоркость взгляда проверить. Твоего, разумеется. – Я выложила на стол фотографии и придвинула их Лялину. Надо сказать, что на его знания и память я рассчитывала не зря. Они у него, прямо скажем, выдающиеся. С такими талантами не в охранной фирме начальствовать, а прямиком в разведку… Впрочем, как раз там Олег и служил долгие годы.

Потом был у Деда начальником охраны, а теперь вот на вольных хлебах. Но старые привычки, как известно, живучи, и я надеялась, что он мне поможет. Если захочет.

Он взял фотографии, внимательно просмотрел их и спросил:

– И чего в них особенного?

– Вот и я думаю о том же, – сказала я.

– Только не говори, что из-за этой хрени кого-то пришили…

– Провидец, – ахнула я, а Олег нахмурился:

– Тебе, конечно, больше всех надо.

– Вовсе нет. Простое любопытство.

– Хорошо, если так, – буркнул он и еще раз просмотрел фотографии. – Двоих я знаю. Вот этот, – он щелкнул ногтем по изображению мужчины с открытым ртом, – Синявин Василий Павлович, бывший главврач пятой городской больницы. Ныне бизнесмен, торгует медицинским оборудованием. Говорят, виллу купил в Испании, не из дешевых. В любом случае не бедствует. Рядом с ним Кондаревский Руслан Сергеевич, в далекой юности комсомольский вожак, сейчас бездельник. От тестя ему достались склады бывшей овощебазы, ныне торговый центр «Раздолье».

Если память мне не изменяет, там примерно тысяч пять квадратных метров. Если их помножить на среднестатистическую плату за аренду квадратного метра… Мужику с таким доходом работать – здоровье не беречь. Супруга впала в религиозный экстаз, по монастырям катается, постится и о мирском не думает, так что дядя живет припеваючи. Вот эта рожа мне тоже знакома. Вроде адвокат, но фамилии не вспомню. Остальные по виду люди приличные, то есть я хотел сказать не бедные, их костюмы мне нравятся.

– А не мог бы ты очень аккуратно узнать, что это за публика и вообще…

– Зачем? – посуровел Олег, а я тяжко вздохнула:

– Вы сговорились, что ли?

– С кем?

– С Артемом.

– Понятно. Он тебя послал, так ты ко мне притащилась. А еще на любовь намекала, нет у людей совести…

– Вот тут ты ошибаешься. Я не о совести, о ней и сама толком не знаю, когда вроде она есть, а когда и нет. Я насчет того, что Вешняков меня послал.