Большой секс в маленьком городе

Я сама решительным образом отказалась от его помощи.

– Да неужели?

– Ага. Менты проявили интерес к пленке. Как бы они не узнали о чужом любопытстве.

– Менты?

– Сначала от меня отмахивались, как от назойливой мухи, потом сами прибежали за пленкой.

– Но ты им ее не отдала.

– Конечно.

– Почему?

– А не фига баловать.

– О господи, – простонал Лялин, получилось у него очень натурально. Он вытянул ноги, подергал себя за рыжий ус, потом сложил руки на животе и скомандовал: – Валяй, рассказывай.

Видя такую доброту, я поспешно поведала ему о случившемся, начав со встречи на дороге с двумя молодыми людьми.

– Что я тебе могу сказать, – выслушав мой рассказ и немного поразмышляв, изрек Лялин. – Конечно, все это выглядит подозрительно. Хотя очень может быть, что мент прав: в шкафу шарил дружок, а увидев тебя, перепугался и сбежал. Мог и парнишку столкнуть, и такое между приятелями бывает. Начальство могло узнать о вещдоке, не спрашивай как, но могло, и менту надавали по шее.

– Второй по фамилии Шутов выглядел так, точно готовился меня целиком заглотить.

– Это уже твои эмоции, а их к делу не пришьешь. Постой, Шутов, а зовут Юрка, Юрий Николаевич?

– Он самый.

– Редкая сволочь, к тому же продажная. Да-а… действительно наводит на размышления… только вот фотографии – фигня. За такое не убивают. Согласна?

– Полностью. Но если я права и паренек погиб из-за фотографий, значит…

– Значит, кто-то из мужчин не должен быть здесь, – закончил Олег, глядя на фотографии.

 – Хорошо, личности установим, это не трудно. Говорить тебе о том, что совать свой нос куда не просят вредно для здоровья, конечно, бесполезно.

– Конечно. Дед говорит, я от безделья дурею, вот и страдаю любопытством.

– Правильно Дед говорит, – кивнул Олег. – Как вы, кстати, ладите?

– Как кошка с собакой.

– Ну, значит, все нормально. Иди ко мне на работу. Больших денег не обещаю, но и скучать не дам.

– А любовь?

– Какая любовь?

– Большая и светлая.

Если пообещаешь, хоть завтра на работу выйду.

– Угораздило меня сболтнуть, – проворчал Олег, – теперь по гроб помнить будешь.

– А ты как думал? Нечего языком молоть, девушку тревожить.

Я поднялась, Олег сгреб фотографии и пленку в ящик стола.

– Пусть у меня полежат. Береженого бог бережет. Будут новости, позвоню.

Я сделала ему ручкой и удалилась. По дороге домой я заехала в магазин.