Чумовая дамочка

Новенькие «Жигули» влетели в бетонное ограждение, мальчишку с переломом ноги доставили в больницу, мужа Зойки в реанимацию, троих друзей, возвращавшихся в город вместе с ними, в морг, а Зойка, не получив ни единой царапины, схлопотала на всю катушку, так как в ее крови обнаружили алкоголь, а скорость на момент аварии была превышена.

Зойка стоически восприняла неожиданный жизненный поворот и, считая дни до освобождения, верила, что заживет лучше прежнего… Так что у меня был повод за нее порадоваться. На сегодняшний день Зойка была единственным человеком, которого я по-настоящему любила.

Если быть честной, только благодаря ей я смогла продержаться эти пять лет.

Насвистывая, я покинула подъезд. В этот момент к дому подъехало такси, из него вылез мужчина среднего роста, лет сорока, узкоплечий, с лысиной, которую он пытался замаскировать, загорелый и улыбающийся. Одного моего взгляда было достаточно, чтобы узнать в нем Зойкиного мужа, тысячу раз мне приходилось лицезреть его фотографию и слушать рассказы о том, какой он замечательный.

Я бросилась к машине, сияя тульским самоваром, но тут же притормозила. Устинов помог выбраться из машины девчушке лет четырех, а вслед за ней извлек крашеную блондинку с дочерна загорелой физиономией. Улыбку с меня как ветром сдуло.

– Вы Устинов? – спросила я.

Мужчина вздрогнул и обернулся.

– Да, – ответил он как-то неуверенно.

– Где Зойка?

– Зойка? – Он отступил на шаг и испуганно посмотрел на жену.

– Точно. Так где она?

– А почему вы спрашиваете моего мужа о какой-то Зойке? – влезла в наш разговор крашеная.

– Заткнись, – посоветовала я.

– Что? – попробовала она быть грозной.

Я повторила:

– Заткнись, – еще ласковее, и она, прижав к себе девчушку, наконец умолкла. – Так где она? – вновь задала я вопрос.

– Вам адрес нужен? – торопливо заговорил мужчина. – Я могу объяснить. На Матросова – общежитие, девятиэтажка, в трех шагах от остановки. Номер комнаты я не знаю, – косясь на жену, пробормотал он.

– Найду, – заверила я и сделала шаг в сторону, намереваясь поскорее покинуть двор и этого типа с его крашеной бабой.

– А вы кто ей будете? – вдруг спросил он.

Я не думала продолжать беседу, но крашеная выглядела так забавно, тараща на меня глаза, что я ответила:

– Никто. Сидели вместе.

Челюсти у обоих враз отпали, а я порадовалась: для Зойки я, конечно, ничего полезного не сделала, но хоть этим двоим настроение испортила.