Строптивая мишень

– Подавись, – разозлилась я и сделала шаг в сторону, с намерением укрыться в ближайшем парадном, но он сгреб меня за плечи:

– Не выйдет, дорогуша, идем вместе.

– Тебе что, своих неприятностей мало? – удивилась я.

– В самый раз. Прогуляемся, красавица. У меня видуха такая – первый же мент непременно прицепится. Так что бери-ка меня под локоток и любимую жену изображай.

Это показалось разумным. Я вцепилась в его руку, и мы пошли дворами, держась ближе к подъездам и зорко поглядывая по сторонам. Пройдя кварталов шесть, вышли к троллейбусной остановке и за киосками укрылись.

Посвящать меня в свои планы он не спешил, и я не лезла, мудро рассудив, что сейчас самое главное – оказаться подальше от опасного места.

Подъехал троллейбус, мы вскочили в него в последнюю секунду. Я вздохнула с облегчением: народу много и разглядеть нас в окна будет затруднительно. К сожалению, минут через двадцать троллейбус стал пустеть, что приводило меня в отчаяние, поэтому, когда мой спутник сказал: «На следующей выходим», – я обрадовалась.

Мы вышли и почти сразу юркнули в подворотню. Тут я дала себе труд сообразить, где мы. Вокзальный спуск, район полуразвалившихся одноэтажных домишек, приют бомжей и особо несчастных граждан, ждущих своей очереди на выселение. Часть построек уже снесли, на их месте красовались грязные пустыри, несколько бензозаправок, платные автостоянки и бесчисленные гаражи мелких и крупных учреждений.

Надо сказать, что к этому моменту передвигалась я с трудом. Очень хотелось посидеть с закрытыми глазами, вытянув ноги.

А «муженек» мой негаданный вышагивал бодро и даже насвистывал. По тому, как уверенно он двигался, становилось ясно: у него есть какая-то цель. Так как у меня не было ничего, кроме головной боли, я решила положиться на него и не ломать голову понапрасну.

Мы перешли железную дорогу и минут через десять оказались возле сквера – заросшего, грязного, с обвалившимся фонтаном в центре и скульптурой пионера в одной из аллей. Обшарпанный пионер когда-то держал в руке горн, как и положено пионеру, но горн уж не знаю кому понадобился, а ничем не занятые руки выглядели сиротливо, и кто-то на место горна пристроил облезлый веник.

Мы пересекли сквер и оказались в переулке из трех домов. В первом отсутствовала левая стена, так что насквозь просматривались все комнаты с лохмотьями обоев. Возле второго, двухэтажного и по виду жилого, на скамейке сидели две старушки, они проводили нас любопытными взорами. Во двор третьего мы свернули.