Таинственная четверка

– Например, девчонок на речке в день гибели Иры?

– Почему бы и нет?

– Мечтать не вредно, но, будь она свидетелем преступления, должна была обратиться в полицию.

– Это если бояться полиции у нее повода нет. А если есть?

– Хорошо. Ждем ее возвращения.

– Тогда нам лучше убраться подальше отсюда, иначе ей, чего доброго, возвращаться не захочется.

В этот момент я ее и увидела, и она нас, судя по всему, тоже. Женщина лет сорока появилась на тропинке из-за зарослей кустов, но вдруг резко развернулась и бросилась бежать.

Вадим кинулся за ней, чем наверняка напугал, а я заорала:

– Стой! – имея в виду не ее, а Вадима, и напугала женщину еще больше. – Не бойтесь! – с опозданием сообразив, что происходит, голосила я. – Мы не знали, что здесь кто-то живет.

Женщина скрылась в зарослях, и Вадим тоже. Чертыхаясь, я побрела за ними, минут через десять увидела Волошина. Он шел мне навстречу весьма разгневанный.

– Эта баба как сквозь землю провалилась.

– Ты ее упустил? – дурацкий вопрос, само собой, упустил, если он так злится.

– Говорю тебе, она вдруг исчезла. Мелькнула за кустами – и все. Отлично бегает, кстати. Знать бы, с какой радости. Может, баба в розыске, вот и поднаторела в забегах на длинные дистанции?

Тут он вдруг принялся материться сквозь зубы, я посмотрела с неодобрением, а он ткнул пальцем куда-то вниз. Причина его возмущения стала ясна: справа от нас был овраг, его когда-то пересекала дорога, вымощенная камнем, от нее, правда, остались воспоминания да труба для сточных вод.

Диаметр этой самой трубы позволял легко поместиться внутри взрослому человеку. Женщина хорошо знала здешние места и использовала трубу как укрытие.

Спустившись вниз, мы убедились, что по трубе можно выйти на другую сторону оврага, чем беглянка, скорее всего, и воспользовалась.

– Черт, как я мог ее проглядеть, – пнув трубу в крайней досаде, ворчал Вадим.

– Что будем делать? – спросила я.

– Надо с бабой побеседовать, не зря она рванула как ошпаренная. Провожу тебя до поселка и вернусь.

Должна она появиться, если барахлишко здесь.

– Вдруг мы ее так напугали, что ей не до барахла?

– Тогда ей придется искать другое жилье.

– Вот именно. И она отправится в город.

– Не отправится, – сказал Вадим, – если до сих пор этого не сделала.

– Знаешь, о чем я подумала?

– Узнаю, если скажешь.

– Повязка на голове женщины… Это может быть мать Иры Краско.

– Точно, – кивнул он. – А может и не быть. Но, допустим, может.