Таинственная четверка

Шагов я не слышала, а вот дверь скрипнула вполне отчетливо. Скрипнула, закрываясь за ним. Я лежала, боясь пошевелиться, в холодном поту и с бешено бьющимся сердцем. Он был или не был?

Я попыталась восстановить в памяти его лицо, таким, каким увидела его в первое мгновение, открыв глаза. И не смогла. И это вызвало глубокое разочарование: на память я никогда не жаловалась. И вместе с тем успокоило. Не было никого в моей комнате, это просто сон, и проснулась я в тот момент, когда он якобы закрыл за собой дверь.

«Сны вторгаются в мою жизнь чересчур нахально, – подумала я.

И еще подумала: – Я все глубже погружаюсь в мир, придуманный Бергманом, где явь и сны смешались в тугой клубок. Чушь! – едва не заорала я в голос. – Мир только один, привычный, упорядоченный, все остальное – фантазии, за которые иногда приходится расплачиваться». Особо буйные фантазеры оказываются в психушке с диагнозом «шизофрения».

Я села на постели, сунув ноги в тапочки. Руки так дрожали, что на мгновение стало смешно. Чувство было такое, что из темных углов комнаты за мной пристально наблюдают.

В народе это называется «словить белочку». Правда, на трезвую голову ее обычно не ловят. Все, хватит. Мне приснился кошмар, надо что-нибудь выпить и побыстрее уснуть, но я уже знала: никакие силы не заставят меня остаться в этой комнате. Вариантов два: встретить утро на веранде, немного побродив по саду, или идти к Вадиму. Бродить по саду желания не было, так же, впрочем, как и сидеть на веранде.

Прихватив одеяло, я потопала в соседнюю комнату.

Вадим спал, отвернувшись к стене, но, как только я вошла, поднял голову.

– Я к тебе, – сообщила я виновато.

– А одеяло зачем? – зевнул он.

– Затем. Подвинься.

– В чем дело-то?

– Кошмары замучили.

– Понятно. Ладно, ложись.

– Спокойной ночи, – завернувшись в одеяло, пробормотала я, блаженно закрывая глаза. Все мои страхи мгновенно улетучились.

– Издеваешься? – проворчал Вадим. – Уснешь теперь, как же.

– А что мешает?

– Непреодолимое желание тебя трахнуть.

– Свинья.

– На правду грех обижаться.

Он обнял меня и поцеловал в макушку.

– Спи. Я на страже. Все кошмары мигом исчезнут.

Я успела подумать: пользоваться его добротой тоже большое свинство, в общем, мы квиты. И уснула.

Пробуждение вновь вышло не из приятных. Вадим сопел рядом, но в комнате, кроме нас, кто-то был. На сей раз я не спешила открыть глаза, сосредоточилась на своих ощущениях, пытаясь понять, где этот третий находится.