Мой крылатый кошмар

А в чем еще опасность шестилапых?

«Хочет меня проверить? Да легко!»

– Они обычно охотятся парами. Где есть один, будет и второй. Поэтому следует быть вдвойне осторожными.

– Садитесь, Торбург, отлично.

«Как же приятно, когда тебя хвалят. И еще приятнее, когда на тебя так смотрят – удивленно и даже пораженно. А кое-кто вообще бесится от злости. Уверена, что Гарроу кипит от ненависти, ведь с ним я знаниями не блистала. Я вообще старалась быть как можно незаметнее».

– Русалины… – только успел начать Эленхайм, а я уже тянула руку.

 – Торбург? Вы что, решили сегодня отработать за все годы молчания?

– Ну что вы, профессор. Я просто хочу быть лучшей, – снова поднимаясь со своего места, заявила я.

«Если так скакать туда-сюда, непременно натренирую ноги», – нашла я еще один плюс.

– Похвальное стремление. Но вы не дослушали мой вопрос, Торбург.

– Ничего, уверена, я справлюсь.

– Самоуверенность – не всегда хорошее качество, – усмехнулся профессор.

– Я все-таки попробую.

– Физиология русалинов.

А вот этого мы пока не проходили. Вот только сдаваться я не собиралась. Мало кто знал, но я любила читать. Всегда. Кроме того, моя семья была потомственными стражами. А за праздничными обедами чего только не услышишь об обитателях Черного леса.

Например, старший брат Элайн (тот самый огненный феникс) рассказывал, как во время рейда глубоко в лес они с напарником наткнулись на кладку русалинов.

– Русалины и русаланы – создания с телом человека и хвостом рыбы. Могут дышать и под водой, и на суше за счет жабр и недоразвитых легких.

Острые зубы, чешуя и рыбьи глаза навыкат. Волос нет. Русалин и русалан можно различают по груди. У особей женского пола она более выпуклая. Любят человечину. Обычно русалины спариваются с русаланами весной. На одну самку приходится примерно пять-шесть самцов. Чем больше, тем лучше. Самка откладывает икру, примерно пять или шесть сотен. К счастью, выживает и достигает зрелости лишь сотая часть. Икринки очень любит местная нечисть.

– Откуда такие познания, Торбург?

– Брат рассказывал, – призналась я.

 – Он встречался с этими тварями. И однажды даже обнаружил скрытую кладку.

– Отлично. Не думал, что ваши познания настолько глубоки.

– Вы не один такой, профессор, – присаживаясь на лавку, отозвалась я.

Иргар на меня так и не смотрел. Он вообще никуда не смотрел. И непонятно было, доволен ли летун моей активностью, или нет. Ну и ладно. Я это затеяла в первую очередь не для него, а для себя.