Мой крылатый кошмар

Буквально нечем дышать.

– О чем? – раздраженно осведомился крылатый, шурша одеждой. – Мы же вроде все решили. По учебе вопросов нет. А по другому поводу мы с тобой не общаемся.

– Я хотела бы кое-что прояснить, – старательно изучая потолок, сообщила я.

«Ну почему мне так не везет? Почему моя импульсивность вечно доводит до такого? Почему я не включаю голову, а руководствуюсь лишь сиюминутными порывами?»

– Как ты сюда попала? – повторил свой вопрос Иргар.

– Меня пропустили.

– Кто?

– Ваш хранитель, – отозвалась я, поправляя воротник блузки.

Он стал жать и мешаться. Хотелось расстегнуть хотя бы одну пуговичку. Может, тогда мне стало бы легче дышать.

– Но как? Ты же целительница.

«Повторяется!»

– Согласно правилам академии я имею право входить в любое помещение, в которое имеешь доступ ты. И наоборот. Правила надо учить.

– Знаю, – резко бросил он. – Но никто… никогда не пользовался этим правом. Так о чем ты хотела поговорить?

– Скажу, когда ты будешь готов.

– Я готов.

Я не спешила поворачиваться.

Вдруг сделаю это, а там…

У меня даже во рту пересохло от возможного «там».

Впрочем, ничего подобного не произошло. Иргар действительно успел одеться в штаны и рубашку, пуговицы которой сейчас старательно застегивал.

– Ну и? – поторопил он, уже не скрывая раздражения.

– Ты думаешь, я влюблена в тебя? – спросила у него.

Вот прямо так, в лоб. А чего ходить вокруг да около. Лучше сразу.

Парень вздрогнул и медленно опустил руки, поднимая на меня глаза.

Кажется, он был в шоке. Потому что таким я его никогда не видела. Столько эмоций промелькнуло за секунду на его лице – не понять и не отследить.

– Ты считаешь, что я влюбленная дурочка, мечтающая запрыгнуть к тебе в… постель? – повторила я.

Взгляд как раз на эту самую постель и упал. Узкая кровать, темно-серое шерстяное одеяло, небольшая подушка. Все строго и аккуратно.

– С чего такие мысли? – глухо поинтересовался летун.

– Так все об этом говорят. Раз я не отомстила тебе и не загубила будущее, то влюблена, – с досадой отозвалась я, выпуская наружу весь свой гнев и отчаяние.

 – И ты тоже так считаешь?

– Нет, – ответил Иргар и снова принялся за пуговички.

Лицо вновь приобрело знакомое равнодушное выражение. Словно мы с ним пудинг обсуждали, а не наши псевдо-отношения.

– Не думаешь? – не поверила я.

– Я это точно знаю. Ты меня не любишь. Ты меня терпеть не можешь.

– Эм… ты так уверен?

– Чувствую, – как-то странно усмехнулся он.