Тёплый песок океана

 – Миомы, женщина, бывают разные, но зачем сразу паниковать? Я сейчас напишу заключение, и с ним пойдёте к онкологу…

Марина, которая в это время одевалась за ширмой, замерла на месте, потом выглянула, прижимая к груди светлые брюки.

– К онкологу?! – сдавленно воскликнула она. – Вы сказали – к онкологу?!

Девушка перестала набирать текст на компьютере и недовольно обернулась.

– Да, к онкологу – а что здесь такого? Чем онколог отличается от любого другого врача? Зато, если ничего не подтвердится, вздохнёте спокойно и будете жить дальше…

– А что, может и подтвердиться?.

. – в смятении прошептала Марина.

Врачиха картинно закатила глаза.

– Да что мы тут с вами гадаем на кофейной гуще?! Есть специалисты – они разберутся. Главное – не затягивайте, потому что время в данной ситуации играет против вас. Запомните – вовремя выявленное злокачественное новообразование в 90 процентов случаев не приводит к летальному исходу…

Марина в полуобморочном состоянии вышла из-за ширмы. Светлые волосы растрепались, в глазах застыл страх.

Прижав к груди белую сумку, она присела на краешек стула.

– Вы думаете, там… что-то серьёзное?

Девушка пожала плечами и снова принялась что-то быстро набирать на клавиатуре компьютера.

– Вы же понимаете… э-э… Марина Эдуардовна… – проговорила она. – Точный диагноз я вам не поставлю… То, что увидела, я опишу… Дальше – к специалистам: сдавать анализы, проходить более детальное обследование. Ещё раз повторяю – не надо ничего бояться. Даже если внутри узла миомы формируется саркома, это не приговор на ранней стадии.

Так, мне нужно ещё кое-что: когда начали половую жизнь, роды, аборты…

Марина сидела с совершенно потерянным видом. Когда она шла сюда, в эту клинику, то, конечно, предполагала, что может узнать что-то не очень приятное о своём здоровье, – собственно, беспокойство о нём и стало причиной обращения. В последнее время она чувствовала себя не очень хорошо, да и регулярные «женские радости» перестали быть такими уж регулярными.

Марина грешила на гормональный сбой, проблемы со щитовидкой и даже ранний климакс, но чтобы такое!..

Олеся Алексеевна, взглянув на настенные часы, которые показывали почти два часа пополудни, занервничала.

– Женщина! – повысила она голос. – Я спрашиваю: во сколько лет вы начали половую жизнь, сколько было родов, аборты…

– Жизнь… – спохватилась Марина. – В полных 17 лет… В 18 родила дочь. Роды были очень тяжёлыми… Больше не беременела. Диагноз – «бесплодие».