Молчание сфинкса

Колосов включил магнитолу – «Авторадио» – и тоже лишь изредка вставлял в музыкальную паузу какое-нибудь мрачное замечание. Раскрыть убийство по горячим следам за одни сутки не удалось. В этом и крылось примерно процентов пятьдесят обуявшей начальника отдела убийств черной меланхолии. Остальные же пятьдесят процентов сплина можно было смело отнести на счет…

– Никита, ты, пожалуйста, к моему дому не подъезжай, – попросила Катя, когда они уже сворачивали с Садового кольца на Комсомольский проспект, а затем и на Фрунзенскую набережную.

 – Вон там остановись, на углу. Я дойду. А то тебе разворачиваться будет неудобно.

– Нормально разворачиваться. Как хочешь, как пожелаешь… Здесь остановиться? – спросил Колосов.

– Да, спасибо. До свидания. Завтра я тебе позвоню… насчет результатов вскрытия.

– Да ради бога, – Колосов свирепо газанул, развернулся на набережной и умчался.

Вот и все. День, ночь, сутки прочь…

Вадим Андреевич Кравченко – любимый муж, «драгоценный В.

А.», имел вредную привычку курить по вечерам на балконе. А оттуда – отличный обзор и набережной, и Москвы-реки, и парка, и «чертова колеса». И старую черную «девятку» Колосова Кравченко знал как облупленную. И самого начальника отдела убийств знал заочно (знакомиться демонстративно не желал). Знал и терпеть его не мог.

Катя посмотрела на свой дом: так и есть – в окнах квартиры свет. На балконе – знакомая до боли личность. А с ней рядышком вторая личность – маленькая, верзиле-«драгоценному» чуть ли не по локоть.

Ба, да ведь сегодня пятница! Как же она позабыла? А вечерами по пятницам друзья детства встречаются после недельной разлуки. Рядом с Кравченко на балконе стоял Сергей Мещерский.

Катя прямо даже расстроилась: ну вот, здравствуйте вам, сейчас бы в ванну горячую, душистую бултыхнуться да на диван. А тут ужин готовь, суетись, корми этих троглодитов – крупного и мелкого – и слушай в сотый раз уже не по телефону, а въяве, как восторженный Мещерский будет рассказывать о последней экспедиции турфирмы «Столичный географический клуб» к черту на очередные кулички.

Дверь квартиры она открыла своим ключом. Когда ваш муж бродит по квартире, как барс, волей-неволей хочется проскользнуть тихо, как мышка.

– Наконец-то, не прошло и полгода. Явление семнадцатое: те же и она. Серега, ну ты понял, нет? – Многозначительно и вызывающе из глубины квартиры Кравченко.

– Катюша, добрый вечер.