Невеста вечности

Окна на набережную?

– Да, окна на набережную.

– Мама, папа?

– Нет, Андрей Аркадьевич, спасибо, что подвезли меня. – Катя выбиралась из машины.

– Муж?

Он спросил это как бы между прочим.

– Да.

– Ясно.

– Мы не живем вместе, – сказала Катя.

– Завтра в главке в два часа будьте на месте. – Страшилин глянул на нее снизу вверх – Катя выпрямилась во весь свой немалый рост, а он сидел за рулем.

– Конечно, у меня поручение оказывать вам помощь и содействие, Андрей Аркадьевич.

Вот так и потолковали у дверей подъезда.

Страшилин уехал, а Катя поплелась домой.

Дома она разделась, накинула махровый халат и включила воду в ванной. Горячая пена казалась панацеей от всего.

Катя ждала, пока ванна наполнится, потом собрала свои волосы на затылке, заколола шпилькой.

Дело, которое ей так неожиданно поручили, обещало быть сложным. И вряд ли какие-то материалы по нему предстояло опубликовать на страницах «Криминального вестника». По сути, для нее, как сотрудника пресс-службы, это дело – пустая трата времени.

Однако ей приказано в нем участвовать. А приказы начальства не обсуждают.

Она легла в горячую воду. Бросила шипучую «бомбочку» с мятно-малиновым ароматом и закрыла глаза.

Осень…

Золото лип и кленов медь… как там в стихах…

Этот Страшилин… Весь день она смотрела на него с такой тоской, почти с неприязнью. А под вечер, довезя ее до дома, он так невзначай поинтересовался – замужем ли она. Ох, мужчины…

Катя подумала о муже, о Драгоценном В. А. Все вы, все вы, все вы одного поля ягоды.

Ах, если бы вас не существовало на свете вообще. Но вы есть. И от вас порой одни неприятности.

Страшилин… Ну и фамилия… Однако сегодня в качестве буйного алкоголика он себя не проявлял. Но это ничего не значит. Замначальника главка предупредил ее. Выходит, есть основания. Так что надо держать с этим Андреем Аркадьевичем ухо востро.

Эта надпись на полу в комнате, где произошло убийство…

Эта надпись – свидетельство того, что с виду простое дело, возможно, окажется очень сложным.

И надо готовить себя к этому.

Катя заколыхалась в воде – лениво, наслаждаясь, избывая усталость. Вот так отмокать каждый раз в душистой пене, в полном одиночестве в пустой квартире… Что ж, пока все так, без изменений.

Она вспомнила, как Страшилин улыбался – улыбка шла ему, однако…

Катя улыбнулась, шлепнула по воде рукой, затем решила, что хватит лениться, надо ужин приготовить и загрузить белье в стиральную машину.