Надоело быть хорошей

Крис двинул бёдрами, заставляя девчонку расставить ноги шире, и одну закинул себе на талию.

Соня мысленно просила его не торопиться, и её радовало, что вопреки собственным словам, он не форсировал события, не стремился быстрее раздеться и войти в неё. Он ласкал и гладил, будто у них впереди была целая ночь, а от его долгих поцелуев в шею, наверняка останутся следы. Только вот Соня планировала уйти побыстрее, как только сделает то, что задумала.

Она толкнула Криса в грудь, давая понять, что хочет, чтобы он перевернулся на спину.

Когда Крис это сделал, она одним махом оседлала его бёдра и принялась тереться промежностью об бугор на джинсах. Каждое такое соприкосновение задевало клитор, приближая Соню к новой разрядке. В её захмелевшей голове билось одно лишь желание кончить, уже даже неважно каким способом.

– А я уже даже рад, что мы из клуба свалили, – возвращая Соню на спину, заявил Крис.

И рывком стащил с неё штаны, оставляя в одних трусиках.

И в этот момент тишину разорвал звонок сотового.

Вызовы Крис старался не игнорировать, тем более, после эпического возвращения, оставалось не так уж много людей, которые осмеливались его беспокоить.

– Да что ж за вечер сегодня такой! – взорвался Крис и вскочил с кровати, чтобы подобрать толстовку с пола, в кармане которой бился в истерике телефон. – Я сейчас.

Увидев, кто ему звонит, смачно выругался и ушёл на балкон, прикрывая за собой дверь.

– Да, что случилось?

Балкон выходил во двор и буквально утопал в растущей в кадках зелени.

Крис даже не смог заставить себя присесть на шезлонг. Дурман возбуждения из головы выветривался очень медленно.

– Сэр, я сразу не решился вас беспокоить.

– Рич, ближе к теме, – раздражённо перебил Крис.

Его подбешивали эти официальные расшаркивания, тем более, когда они мешали так быстро перейти к сути.

Выслушав путаные объяснения, он заверил, что сейчас приедет и дал отбой. Ещё разок выругался, рухнул в шезлонг, наклоняя голову вниз, чувствуя, как мозг окончательно проясняется.

Потребовалось ещё несколько глубоких вдохов-выдохов и майская вечерняя прохлада, обвившая своими щупальцами его обнажённый торс.

Вернувшись в комнату, он наткнулся на тёмную фигуру, свернувшуюся на кровати.

Бл… забыл про девку совсем.

– Эй, Софи? – позвал он. – Софи! – уже громче.

Девчонка молчала. Крис подошёл ближе, наклонился. Эта малышка спала. Невинно так, прямо как младенец.