Надоело быть хорошей

Разве что в трусиках и задранном, но так и не снятом топике, не так уж и невинно выглядела.

Он сжал её плечо ладонью и легонько потряс.

– Софи, подъём!

Но та лишь коротко всхрапнула и что-то пробормотала, отворачивая лицо.

– Пьянчужка, – как-то даже по-доброму усмехнулся Крис, понимая, что её, возможно, и пушкой на ноги не поднимешь. – Ну, спи тогда, вернусь, может, продолжим, – сказал он в пустоту, отводя ей волосы от лица.

Ну, нет, всё-таки она куколка.

Потянулся за пледом и, вопреки всякой логике, накрыл девчонку.

Сам же быстро оделся, схватил вещи, которые могут понадобиться, и убежал в ночь.

Глава 5

Кажется, мозг у Сони напоминал длиннющий ксилофон, где сотня маленьких музыкантов вовсю орудовала грёбанными молоточками. Дзыньк-дзыньк-дзыньк. Ей бы очень хотелось, чтобы они прекратили.

– Мамочки… – простонала она, переворачиваясь на живот и зарываясь носом в подушку, наощупь нашла ещё одну рядом и опустила сверху, перекрывая поток солнечного света, который её и разбудил.

Мир очень медленно принимал знакомые очертания, обрастал шумами и запахами… какими-то, кстати, непривычными.

Соня вдохнула поглубже, что-то было не так. Ну, да… точно… постель пахла совсем незнакомо, будто в прачечной сменили кондиционер для белья, да и сама постель была какой-то мягкой и… большой.

Соня раскинулась звездой и до краёв даже не достала. Подвигала руками и ногами – результат был тем же.

Очень аккуратно Соня приоткрыла один глаз, затем второй, высунулась из-под подушки, моргая и осматриваясь.

Затем быстро зажмурилась.

Чёрт… это не комната, а взрыв белого и черного. Как в дурке какой-то. Где она вообще?

События прошлого вечера начали отматываться, как киноплёнка, с увеличивающейся скоростью несясь в обратном направлении, пока не привели её на высокую лестницу дома, в кэб, тёмную комнату клуба, к барной стойке, на танцпол и за столик к Томке. Вишенкой на торте оказалась фраза: «Пересплю сегодня с этим».

Кстати, а где этот?

Соня приподняла голову и снова огляделась.

Очевидно, в квартире она была одна. Комната была просторной студией, зона спальни хоть и оказалась отделена от остальной части, но сюда бы точно долетели звуки, если б кто-то рядом присутствовал. А так – тишина и долбанное чириканье воробьёв за окном.

Ну, и, судя по тому, что на ней частично вчерашняя одежда и даже трусики на месте, план-перехват, то есть план-перетрах – не удался.

Она всё ещё мать её грёбанная девственница.