Знаки

Девушка выпрямилась, намереваясь сказать, что лезет он, собственно, уже не в своё дело, но Дэниел опередил её, честно ответив.

– Примерно год.

– Понятно. – Акимову оставалось лишь кивнуть.

Мужчины немного пообсуждали прошедший аукцион, и Демид расспросил о приобретениях Дэниела, тот оказался не менее страстным коллекционером, чем сам Демид. Роберт отвечал весьма сдержанно. От его внимания не ускользнул тот момент, когда рука этого Говарда переместилась на талию его жены, совсем не возражающей, не выказывающей ни малейшего сопротивления столь личным прикосновениям.

Мужчина наклонился к Алекс, что-то прошептал на ухо, и та, улыбнувшись, кивнула.

Саша смотрела исключительно на Демида, даже не удостоила Роберта взглядом. Она чётко произнесла.

– Возвращайтесь в отель без меня. Увидимся уже завтра. Удачного вечера.

Алекс направилась к выходу вместе с Говардом, так ни разу и не обернувшись.

Роберт окаменел, прекрасно понимая, что у него не было никакого права что-то говорить ей или запрещать.

Он давно потерял их – эти права. Наверное, в тот день, когда первый раз изменил ей или в ту ночь, когда она уходила. Навсегда. Алекс не была обязана перед ним отчитываться или получать одобрения на какие-то поступки. Она даже не была обязана хранить ему верность, чтя обеты, которые он сам с такой лёгкостью нарушал. Он не мог ничего требовать от неё. Он мог лишь стоять и молча наблюдать, как его жена удаляется под руку с другим мужчиной, с видом собственника положившего ей ладонь на талию.

Развернувшись к столу, Роберт схватил недопитое шампанское Алекс и одним глотком осушил бокал.

***

Алекс подошла к высокому зеркалу во весь рост и, повернувшись боком, застегнула спрятанную в оборках платья молнию. Дэниел медленно приблизился сзади и, перекинув ей волосы через плечо, потянулся к двум пуговицам на спине. Жар его прикосновений опалил прохладную кожу, и Саша совершенно непроизвольно вздрогнула. Мужчина склонился и нежно прижался губами к изящному изгибу её шеи, веки девушки затрепетали и закрылись, но не от удовольствия, как мог подумать мужчина, наблюдавший за её отражением в зеркале.

На самом деле Алекс чувствовала себя кошмарно, словно совершила что-то не просто непростительное, а ужасающее своими масштабами недозволенности.

Дэниел обнял её за талию и притянул ближе, прижимаясь всем своим крепким телом к её напряжённой спине. Алекс мягко высвободилась и, повернувшись, взяла его за руку, делая шаг к двери.