Милая, хорошая

– Погоди, это что ж получается… Ты заходишь в калитку, потом идешь по аллее – топ-топ-топ! – и оказываешься возле какого-то старинного склепа?

– Именно так, – спокойно сказал Селетин.

– Действительно, жуть! – пробормотала она. – Чем-то мой сон напоминает. В нем тоже все как-то чересчур реально было… Ну, а кто в том склепе или что – ты знаешь?

– Нет, – не сразу ответил гость.

– Тогда все ясно – каждый раз во сне ты пытаешься разгадать какую-то тайну.

– Что?

– Я тебя уверяю! – возбужденно воскликнула Алена.

– Может быть… – пробормотал Селетин. В этот момент у него зазвонил сотовый. – Извини. Алло? – Он замолчал, слушая. – Нет, по срокам мы успеваем… Когда? Михаил Федорович, я в курсе, что праздники десять дней! Мы сейчас электрику делаем… Вы мне лучше скажите: насколько закрыта процентовка?.

Алена отвернулась – ей вдруг стало неловко. За окнами медленно темнело. Она встала, зажгла свет.

– Извини, Алена… Мне пора. – Селетин поднялся с места.

– Да, конечно! Мне тоже пора собираться, – сказала Алена, глядя на часы.

– А, ты в этот, свой клуб?

– Ресторан, – поправила она.

– Я могу подвезти…

– Нет-нет, не стоит! Я сама…

Селетин надел пальто, потом повернулся к Алене.

– Спасибо, – серьезно сказал он.

– За что?

– За все. За чай, за музыку, за разговор.

– Боже, какая ерунда… – отмахнулась она.

– Все равно – спасибо, – твердо повторил он. Посмотрел ей в глаза в последний раз. И ушел.

Алена закрыла за ним дверь, упала на диван. Прижала ладони к пылающим щекам… Только сейчас она поняла, насколько взволновал ее приход незваного гостя. «Нет, все-таки это чудо! Пусть вполне объяснимое, но – чудо! Я столько думала о нем, об этом человеке, и вот он пришел – точно почувствовал, что я зову его… Разве я звала его? – спросила она саму себя.

Потом она стала вспоминать, какое у Селетина лицо: молодое и в то же время – нет, странно меняющееся… «Болтали о какой-то ерунде, точно дети! Рассказали друг другу свои сны… Он милый, простой и очень добрый – это ясно. Кладбище… Зачем он вспомнил про кладбище? У него наверняка какая-то тайна.