Небесные очи

Жил на соседней улице, до войны ходил в соседнюю школу.

И как-то так само собой, незаметно, они подружились. Два подростка – бесплотных и бесполых, две тени в аду блокадного города.

Вместе дежурили в группе самозащиты – сбрасывали с крыши дома фугаски. Вместе таскали воду из Невы (к тому времени в Ленинграде уже не работали ни водопровод, ни канализация, ни отопление). Вместе искали дрова для «буржуйки». Вместе сидели в бомбоубежище, пока метроном бесстрастно отсчитывал секунды. Отнимали кошку у какого-то дядьки – тот собирался ее съесть, судя по всему.

Однажды Митя пришел к Але и ее бабушке с мешком.

– Во, гляди, чего принес! – с гордостью произнес он. – На часы выменял.

– Что это? – удивилась Аля, заглянув в мешок. – Это же обычная земля!

– Скажешь тоже! Это земля, которую возле Бадаевских складов накопали. Когда склады горели, песок расплавился, рекой по земле тек.

Аля с удивлением наблюдала за своим новым другом. Митя растворил землю в воде, дал ей отстояться, слил в другую кастрюлю, оставив на дне первой песок, и вскипятил бурую воду. Запахло кофе.

– Сладкое... Я ж говорю – тут сахар расплавленный, кофе тоже... Вкусно?

– Очень, – обжигаясь горячим напитком, честно сказала Аля. – Ты тоже пей, чего смотришь!

– Мне, мне кофею дайте! – требовательно закричала Ольга Михайловна из своего кресла.

– Ну как же без вас, бабушка... – усмехнулся Митя и подал старухе земляного варева. – Без вас никуда!

– Митька, ты знаешь, а ты ведь мне снился... – вдруг вспомнила Аля.

– Когда? Сегодня?

– Нет, раньше. Давно. Так бывает? Может быть, вещие сны действительно существуют, да?

– Не знаю.

– Ты прямо нас спасаешь, Митька...

– Брось... Ты меня тоже спасла, забыла? – он посмотрел ей в лицо своими ярко-синими, точно летнее небо, глазами.

Аля вздохнула.

А потом, осторожно отпивая из чашки, Аля снова подумала об Артуре. Где он, что делает. Виновен или нет...

* * *

...О том, что скотина Макс издевается над ней, Саша могла сообразить еще вчера.

Отпросившись на час раньше у Бураковой, Саша поехала в метро на противоположный конец Москвы. В жуткой давке, кстати сказать... Затем села в маршрутку и долго кружила в ней мимо гаражей и гигантских труб – по какой-то пролетарской окраине.