Та, кто приходит незваной

Потом выглянула и жена Германа Чащина, приветливо поздоровалась с Евгением, ласково, словно с подругой, перебросилась парой фраз с Лилей.

Эля вообще какое-то чудо. Молоденькая. Именно что молоденькая на вид (это, несмотря на то что за тридцать ей уже перевалило давно), пухленькая, златокудрая, прелестная… Она напоминала мадонн с картин старинных мастеров. На данный момент Эля была беременна третьим ребенком. Она вся светилась от счастья, глаза ее излучали любовь, покой, безмятежность.

Евгений был потрясен, поскольку до этого момента не сталкивался со «святым семейством» Чащина…

И тут появился сам режиссер – хмурый, невыспавшийся, словно тоже провел бессонную ночь.

А далее произошло вот что.

Чащин плотно закрыл за собой дверь, кивнул на кожаный диван, сам уселся за огромный стол красного дерева.

– Это что за дрянь вы мне прислали? – с отвращением произнес он, подняв кончиками пальцев лист бумаги формата А4. Вероятно, распечатку синопсиса…

– Герман, мы все переделаем, – быстро сказала Лиля.

– Что? Переделаем? Да тут нечего переделывать, тут каждое слово – бред бредовый… Какой киллер, какой студент-раздолбай, какая пианистка… Это не сюжет, а параша! О, я всякой бредятины за свою жизнь начитался, но такого… Это же мелодрама! Не криминальный боевик! Какой киллер, блин?! Какие стриптизерши?! Жека, но от тебя я не ожидал, ладно, эта профурсетка сериальная привыкла бред лепить…

Евгений встрепенулся, подался вперед, но Лиля осторожно положила ладонь ему на руку – молчи, мол.

Чащин орал долго и надрывно, поливая чуть не матом творение сценаристов. Потом успокоился, замолчал. И произнес совершенно спокойно, словно и не орал до того:

– Ладно, объясните мне теперь толком, откуда у вас киллер вдруг взялся?

Евгений объяснил. Киллер – персонаж комедийный, разумеется, они с Лилей помнили, что пишут мелодраму, а не боевик. Но в сценарии должны быть характерные для Москвы персонажи и реалии – и наемный убийца, и стриптизерша, и полиция будет, и метро, в которое не втиснуться, и коррумпированный чиновник, и приезжие из ближнего зарубежья, коими полна столица… Словом, не город, а вавилон.

Чащин слушал, морщился. Потом сказал:

– Черт с вами. Оставляем пока как есть. Если что, потом править будем. Хуже, что время нас, братцы, поджимает…

– Герман, сюжет готов, осталось только написать все! – взволнованно произнесла Лиля.

– У нас две недели. Может, первый вариант сразу примут, может, нет.