Вишни для Марии

Ахмед услышал шаги, обернулся к Марии, блестя на солнце железными зубами:

– Земля какая у тебя странная… Камни из нее выходят, ишь!

Он и сам казался сделанным из железа, несмотря на возраст, очень преклонный, и недавно перенесенную болезнь. Спокойно копал себе землю, не показывая ни усталости, ни хоть какого-то напряжения.

Мария села на скамейку рядом.

– Как ты сюда попал?

– А так же… – Старик мотнул головой в сторону забора. – Доска все равно отходит. Хозяин приехал, велел забор чинить, а я не стал.

 – Лопата опять лязгнула о камень. – Злой как собака, хозяин. Все ему плохо, все не так. Что-то у него там случилось, в Москве. Сюда приехал. Говорит, будет продавать здесь все. Совсем продавать.

– Значит, правда. Не слухи это были… – кивнула Мария, не испытывая никакой потребности узнать что-то большее о Байкалове. – Погодите… Ахмед, а вы куда?

– Я куда?

– Ну да… Куда вы потом пойдете?

– Ай, не знаю… – все с той же, непривычной, лихой веселостью воскликнул Ахмед, копая землю.

 – Потом придумаю. Время есть. К осени придумаю.

«И мне к осени надо что-то придумать, – подумала Мария. – А если попросить Костика купить мне участок рядом?»

Эту мысль, помнится, подсказала Марии одна из соседок, то ли Ласунская, то ли Рожкина. Первоначально она, то есть мысль, показалась Марии глупой (с какой стати Костику делать ей столь дорогие подарки, он даже не муж ей?), теперь же увиделась вполне разумной. Достойной обсуждения, по крайней мере.

«Если я спрошу Костю, сможет ли он купить мне участок, и он согласится сделать это, то… то жизнь моя потечет здесь, как и раньше. Если же он откажется… то… он откажется. И мне придется самой принимать решение. Только это так страшно – опять менять все. Не исключено, что я опять наделаю кучу глупостей… Я никому не нужна, я не знаю, что делать, я боюсь. Но мне надо окончательно выяснить отношения с Костиком, в любом случае. Я не смогла поговорить с братом когда-то, но с Костей я обязательно должна обсудить эту проблему.

Нужна я Косте или нет, в конце концов? Нет, разрушать его семью я не собираюсь, но мне надо услышать, что я не пустое место для него…»

О Федоре Байкалове Мария даже и не вспоминала в этот вечер.

* * *

Июль в Москве – это ад. То есть дома или в машине с кондиционером эту жару еще можно вытерпеть, но Федору все эти дни пришлось бегать по присутственным местам.