Лето радужных надежд

В отделении бронзы, между статуэткой конного рыцаря и чернильницей в стиле ампир, распростер крылья орел. Небольшой, размером с яблоко, покрытый нежно-зеленой патиной, он взлетал с круглого постамента. На первый взгляд орел выглядел как пресс-папье, возможно, им он и служил долгие годы на письменном столе какого-нибудь помещика Домской губернии, прежде чем был экспроприирован и попал в советский музей. Но Юля знала его секрет.

Она провела пальцем по ленте, опоясавшей постамент статуэтки, нажала на рельефные сандалии Гермеса, и нижняя крышка с щелчком раскрылась.

Под ней был круг с часовыми рисочками и единственная горбатая стрелка. Волшебный таймер. Еле видный, с паутинку толщиной зазор по краю круга намекал, что под ним скрывается механизм, на месте «двенадцати» в тени пряталась крохотная головка винта.

– Уважаемый орел, вы, пожалуйста, не обижайтесь, – сказала Юля, повернув статуэтку к себе головой. – Я бережно. Ласково. Мне очень нужно!

Она сама не знала, зачем говорит это вслух. Не ответит же ей бронза!

– У меня это, в конце концов, профессиональное.

Я искусствовед, между прочим, а дальше Эрмитажа не ездила. Лувр, галерея Уффици – это для меня насущная необходимость! Разве пятнадцати минут перед Боттичелли – достаточно? Дайте мне полчаса хотя бы!

В хранилище не было стола, на котором она могла бы разложить таймер и инструменты, поэтому Юля оставила их на втором стуле. Свет был лишь один – верхний, от галогеновых ламп, и для предстоящей тонкой работы его едва-едва хватало.

Юля осторожно открутила винтик купленной часовой отверткой, перевернула статуэтку – и винт выпал ей в ладонь. Крышка-круг с часовыми делениями держалась, и Юля подцепила ее принесенным из дома пинцетом. Затаив дыхание, она подняла ее вместе со стрелкой и отложила на лист бумаги.

Внутри было непознаваемое. Сотни мельчайших шестеренок размером с букашку цеплялись друг за друга микроскопическими зубчиками и перекрывали друг друга слоями. Среди них стальным блеском сияли миниатюрные молоточки, кольца, острые стрелочки, какие-то полоски с гравировкой… Это выглядело не как часы, пусть и сложные.

Это выглядело как застывший механический микрокосм.

– И где тут пружина? – задала риторический вопрос Юля. – Куда капать?

Она подула на механизм. Из него вылетело облачко пыли. Юля подула еще, с разных сторон.

Она занесла над металлическим микрокосмом пипетку с маслом. Левей? Правей?

– Чувствую себя обезьяной с гранатой. Нет. Не стоит рисковать.