Зови меня Златовлаской

– Надо же, ты заметил! А в «Космо» пишут, что только двенадцать процентов мужчин замечают в женщинах смену прически или маникюра, – кокетливо отозвалась я.

– Я вообще очень внимательный! – усмехнулся Дима.

– А какого цвета у меня лак на ногтях? – спросила я, быстро спрятав руки под стол.

– Э… Розового? – он ткнул пальцем в небо.

– Ха-ха, ты такой же как те восемьдесят восемь процентов. Уже вторую неделю с этим цветом хожу, – рассмеялась я и вновь положила на стол руки с покрытыми черным лаком ногтями.

– Вот черт! – с улыбкой ругнулся Пешков.

Он пересел ко мне и нежно поцеловал. Сегодня парень пребывал в особенно хорошем настроении, много шутил и был ласков.

– Дим, мы столько времени проучились в одной школе. Почему раньше не общались?

– Просто раньше ты была маленькой.

– В смысле?

– Ну, в смысле ты выглядела, как ребенок. А в этом году первого сентября я увидел тебя и офигел.

– Хочешь сказать, что за лето изменилась? Странно. Вроде я даже особо не подросла.

– Ну, кое-что у тебя точно подросло, – хитро улыбнувшись, ответил Дима.

Я захихикала и ткнула его локтем в бок.

Вскоре принесли наш заказ, и мы приступили к еде. Ужин был в самом разгаре, когда дверь кафе открылась, и внутрь вошла Яна Ширшикова. Я сжалась, мысленно надеясь, что она нас не заметит, но не повезло.

Увидев меня с Димой, девушка широко улыбнулась и двинулась к нашему столику. Черт бы побрал эту стерву! Почему она приперлась именно сюда?

– О, Янка, привет! Садись к нам, – Пешков поднялся и обнял ее.

Садись к нам?! Я что-то упустила? Когда стало нормальным во время свидания приглашать за столик другую девушку?

– А я не помешаю? – поинтересовалась Яна, когда уже села за наш стол.

– Нет. Ты же не против, Саш? – Дима посмотрел на меня невинными глазами.

Я кивнула и натянуто улыбнулась, в красках представляя, как Ширшикова в адских муках горит на костре.

– Ой, Димась, я только что с репетиции. Когда шла туда, было так тепло, а пошла обратно и чуть не околела.

Ну какая дура! На дворе октябрь, а она только сейчас поняла, что осень! Да в таком проститутском платье не то, что в октябре, в июле замерзнешь!

– А что за репетиция? – поинтересовался Пешков.

– Я же решила участвовать в конкурсе талантов, – гордо призналась Ширшикова.

Ха! Сомневаюсь, что судьи оценят ее талант вешаться на чужих парней.

– И чем будешь удивлять? – спросила я.

– Я спою песню Земфиры "Хочешь?".