Всегда говори «всегда»

Один из парней – не тот, что топтал клумбу, другой – обернулся к ней:

– Эй! Хозяин где?

– В гараже. Что вы хотели?

– Что хотели – вас не касается, дамочка, – буркнул парень, смерив Ольгу взглядом, и длинно плюнул на асфальт сквозь зубы. – Хозяина позови!

Из глубины гаража появился Стас.

– Вот хозяин, – кивнула Ольга в сторону мужа.

У Стаса было странное, напряженное лицо.

– Стас? – Ольга подошла, дотронулась до его рукава. – Стас?..

– Оль, потом, ладно? – Он вывернулся из-под ее руки, шагнул навстречу кожаным парням.

– Стас, у Маши утренник… – Ольга семенила за мужем, а тот и не смотрел на нее.

– Ты иди, иди, Оль… – сказал Стас, даже не обернувшись.

Так сказал, будто прогнать ее хотел поскорее – иди, не мешай.

– Я пойду, да?

Ольга потянулась поцеловать Стаса, но тот дернул головой, и поцелуя никакого не вышло.

– Иди уже!

Ольга доверяла мужу целиком и полностью – раз он хочет, чтобы она ушла, значит, на это есть причины.

Она пойдет сейчас на утренник, а потом, вечером, они со Стасом обо всем поговорят.

Ольга быстро вышла за ворота.

Когда она ушла, кожаный парень снова вытащил сигарету, закурил, пустил дым Стасу в лицо.

– Ну что, надумал?

* * *

Пианино было расстроено, на плакате «До свиданья, осень золотая!» восклицательный знак заваливался на сторону, у Тани Скороходовой, изображавшей яблоко, сполз гольфик, но это все не имело никакого значения, потому что праздник все равно получился замечательный, отличный праздник получился.

Нарядные, раскрасневшиеся, девочки и мальчики так важно вышагивали под полечку, так старательно и громко пели «Осень, осень золотая, время сбора урожая!», что Ольга все ладоши себе отбила, аплодируя. А когда Алеша Никитин из Машкиной группы прочел стихотворение, вскочила со стула и закричала: «Браво!» – с таким уморительно серьезным видом мальчик рассказывал про листья золотые, которые по двору кружат.

Машка плясала в паре со своим медведем, кружевной передник порхал в такт шагам, толстенькие косички смешно торчали из-под красной шапочки (потому что именно Красную Шапочку Машка и изображала). Ольга, пригибаясь, прошла между рядами низких стульчиков, чтобы пофотографировать дочку, снять со всех сторон. Машка плясала самозабвенно, сосредоточенно, шевелила губами – считала шаги.