Вуду по-берендейски

Они так и остались лежать на земле, физически оглушенные и морально опустошенные, раздавленные превосходством неведомой им силы.

– Сдаемся, сдаемся! – послышался веселый голос. Из кустов орешника, заметно прихрамывая, выбрался коротышка с рыжей бородой в повязанном над бровями черном платке, концы которого были затянуты узлом на затылке. Да ведь это бандана! А не отсюда ли пошла мода на пиратский головной убор в нашем мире?

Предводитель разбойничьей шайки – а это, несомненно, был он! – смог поднять вверх только правую руку, поскольку левой опирался на костыль.

Без всякой опаски – будто это вовсе не его команда сорок минут безуспешно штурмовала нас, как неприступную цитадель, покушаясь на жизнь и благосостояние! – он приблизился к нам и принялся с любопытством рассматривать. Мы не остались в долгу. Причем, особенно заинтересовала восседавшая на атаманском плече и виртуозно ругающаяся птичка. Подобно попугаю, постоянному спутнику пиратского капитана, описанного Робертом Стивенсоном, неудачливых грабителей мастерски и с удовольствием костерил… домашний пернатый любимец моей тети ворон Симург:

– Ррротозеи! Ррраззявы! Лодыррри! Прроворронили, бездарри!

– Ну и наглец! – возмутился Иван.

Меня же, уяснившую, что представляет собой пернатый пройдоха, гораздо сильнее интриговала личность невозмутимого атамана, который, несмотря на неудачу его шайки, похоже, не считал себя побежденным. Возможно, ему был не столь важен результат, сколько доставлял удовольствие сам процесс – почти по английскому драматургу Вильяму Шекспиру, которому приписывают слова «Вся наша жизнь – игра, а люди в ней – актеры».

Если предводитель лесных разбойников исповедует схожее мировоззрение, то для него главное – это ввязаться в заварушку, а уж дальше – по предлагаемым обстоятельствам.

– Ну, вылитый капитан Сильвер! – я засмеялась над спонтанно вырвавшимся сравнением.

– Вы знали моего батюшку? – дрожащим от волнения басом, совершенно не вяжущимся с его маленьким росточком, вскричал коротышка, поворачиваясь ко мне.

 – Так это же в корне меняет дело: друзья папы – мои друзья.

– Кто ж его не знает, грозу морей и океанов! – язвительно отозвалась я. – Каждый ребенок, начитавшись историй о подвигах знаменитого пирата, мечтает когда-нибудь найти спрятанные им сокровища.

– Да, слава о Сильвере-Зубодробителе когда-то гремела по всему Берендееву княжеству и далеко за его пределами! – с гордостью ответствовал отпрыск знаменитого флибустьера и смахнул непрошеную слезу.