Знак И-на

Для таких случаев ботинки на рифленой подошве и на шнуровке были идеальны. Ивану приходилось – и не раз – проникать в квартиры, и вот уже много лет он выбирал для работы и жизни именно такую обувь.

– Мне нужно задать несколько вопросов, и я больше не потревожу вас. Неужели вам в самом деле нужны официальные вызовы?

– Так, значит? – нахмурилась девушка. – Вы вламываетесь ко мне в квартиру? Тогда официальный вызов случится прямо сейчас. Я позвоню в полицию!

– Давайте, – устало кивнул Иван, продолжая смотреть ей прямо в темные глаза.

 – Давайте, звоните, я только за. Могу опросить вас и в присутствии местной бригады, тем более что это наш район – мой и вашего отца, – и я, скорее всего, лично знаю тех, кто приедет. Думаете, отказ разговаривать пойдет вам на пользу?

– Ваш товарищ сегодня по телефону спросил, что я делала с трех до семи вечера и есть ли кто-то, кто может подтвердить мое алиби, – сказала девушка и распахнула дверь. – Вы тоже хотите задать мне несколько вопросов? Пожалуйста, проходите. Чувствуйте себя как дома! – С этими словами она тряхнула копной длинных ореховых волос, развернулась и быстро пошла в глубь квартиры.

Иван заметил, что девушка довольно сильно хромает. Споткнулась на льду? Вывихнула ногу? Стоя в прихожей, Иван огляделся. Квартира уютная, ухоженная, с хорошим ремонтом. Стены светлые, с картинами и фотографиями в подобранных друг к другу рамках. Вдоль всего коридора по внутренней стене тянулся высокий, под потолок, белый стеллаж, полный книг. Сотни, тысячи книг.

Многие из них явно куплены еще в советские времена, это ясно по обложкам. Кто бы ни собирал эти книги, это был не Андрей Петрович Морозов. Он ничего не читал, кроме статей по криминалистике и судебной практике. Иван задумался на секундочку, испытав острый импульс – желание разуться: в квартире был светлый, идеально отполированный паркет. Иван посмотрел поочередно на свои подошвы. Ничего хорошего. Внутрь забился и таял снег. Иван чертыхнулся и принялся расшнуровывать ботинки.

– Что вы делаете? – услышал он.

Алиса стояла в дверном проеме, в дальнем конце коридора и с изумлением смотрела на Третьякова.

– Наследить не хочу. Полы чистые, – пробормотал он.

Девушка задумчиво посмотрела на него, а затем подошла к шкафу в прихожей, нагнулась, достала оттуда тапки большого размера и протянула их Ивану. По ее лицу пробежала гримаса, и Иван безошибочно понял – почувствовала запах от одежды и, чего уж там, от самого Ивана. Наплевать. Подумаешь, принцесса Несмеяна.