Из пепла возродится

Полыни только угол для поклонения могли отвести, а тут целую залу с нишами Святозаров устроили. Отец семейства встал против всезнающего Ферула, Паводок – против Савия. Оба приложили пальцы к вискам. Стужа, скрестив ладони на груди, просила укрепления духа у Левии. Зара тоже хотела обратиться к ней, чтобы научила терпению, но Радуга дёрнула за рукав и потянула к Сонии. Яблонька, как и полагалось девицам, искала наставлений у Тринии.

Помолившись, все собрались в семейной трапезной. Ели быстро и молча. После завтрака Радуга первой поднялась из-за стола и принесла из кухни узелки с полдниками, причём не только мужчинам, но и Стуже, и даже Яблоньке.

Буран, облачаясь в тулуп, спросил жену:

– Что Зарнице поручишь? Может, к делу приучать начнёшь?

– Рано ей добро наше считать. Пусть покажет себя сперва. – Свекровь достала из ящика стола три толстые книги.

– Матушка, пусть дома в подмогу Радуге останется, а то всё хозяйство и дети на ней одной, – вступился Паводок.

– Как я одна без работниц с хозяйством и детьми управлялась? Ладно, пусть остаётся, всё под присмотром будет.

 – Пересчитав книги, Стужа крикнула дочери: – Яблонька, поспеши, у нас дел невпроворот, такой простой из-за этих празднеств учинили.

Во дворе ждала пара запряжённых саней. Буран с Паводком и Стужа с Яблонькой расселись и укатили в разные стороны. Радуга проследила, как конюх запер ворота и обернулась к Заре:

– Отец с мужем на мельницы поехали, а матушка с сестрой – на сыроварню. Яблонька к делу приучается.

– Они что же, читать умеют?

– Что ты! Матушка в книгах учёт добра ведёт.

Да, ты к Левии при ней не вставай, иначе обидится. Считает, что нам страдать при ней не о чем, только неблагодарность свою показываем. А если помолиться хочешь, иди, когда нет никого.

Зара кивнула:

– Позже схожу, как с работой управимся.

– Ночью, значит, – рассмеялась Радуга. – Матушка работниц до кухни и комнат не допускает – боится, как бы не утянули чего. Потому обед с уборкой на нас с тобой.

«Так хоть за скотиной не ходить и двор не чистить, всё легче», – подумалось Заре.

Она догадывалась, что Борщевики не станут довольствоваться одной похлёбкой, но и представить не могла, что на стол придётся подавать ещё и жаркое, и мясной пирог, и тушёную капусту с кровяной колбасой, и пшеничную кашу со свиными шкварками. До полудня они с Радугой жарили, парили и томили кушанья, между делом поглядывали, тщательно ли работницы скоблят залитые вином столы и пол в большой трапезной.