Что скрывает сон

Что если бы Веня вчера со мной не познакомился, увидела бы я этот сон? Или, если бы на его месте, был противный Ванька Александров, я бы сказала, где его искать? Но главный вопрос заключался в том, случайность это или дар, который надо развивать, чтобы помогать людям?

10 сентября 2010 г. Медицинский центр «Семья»

Монитор запищал. Я вернулась в реальность, не сразу сообразив, где нахожусь, и что происходит.

– Ой, я же на работе – глядя на приборы стало понятно, что пациенту снится кошмар.

Пульс был повышен, надо было срочно его будить.

Испытуемого била дрожь, он глубоко и часто дышал, веки ритмично подрагивали. Было полное ощущение, что у него паника. Данные так же подтверждали мои опасения. Надо было, как можно скорее стабилизировать состояние. Иначе, могло случиться самое страшное.

Но к счастью мужчина проснулся, и его показатели, в скором времени, пришли в норму. Что не могло не радовать.

Теперь начиналась вторая стадия научно-терапевтического эксперимента.

Записать на видео устные показания пациента, и сопоставить их с показаниями приборов.

– Евгений, как Вы себя чувствуете? Вы понимаете, где находитесь в данный момент?

– Да. Я все понимаю и осознаю кто я и где.

– Хорошо. Тогда будьте добры, расскажите все, что помните, все ощущения и эмоции. От того момента, когда Вы закрыли глаза, до момента пробуждения.

Давайте снимем с Вас, все эти провода и присоски, они вам больше не понадобятся – с улыбкой сказала я.

Рассказ Евгения занял не больше получаса. Я выключила камеру, и сохранила видео на компьютере.

– Отлично, можете идти, на сегодня это все. Когда Вы нам понадобитесь, мы с Вами свяжемся. Если у Вас возникнут вопросы, Вы знаете наш номер. До свидания.

– Всего доброго.

Когда пациент ушел, я села писать отчет, анализируя все произошедшее. Мне стало не по себе, в тот момент, когда, по словам Евгения, его отвлек гудок, на мой телефон пришло сообщение (забыла отключить звук).

Моя халатность, могла стоить месяца подготовки к данному эксперименту, не говоря уже о том, что у испытуемого могло отказать сердце. Мне было очень стыдно. Но хорошо то, что хорошо кончается. В отчете, я конечно, об этом писать не стала.

В конце смены, пришел мой куратор. Профессор и доктор медицинских наук.

– Доброе утро, Венера Константиновна.

– Доброе утро. Петр Олегович, Вы были правы.